Чарльз Г. Сперджен Как приводить души ко Христу

10.10.2009 в 6:19 пп | Опубликовано в Книги | Оставьте комментарий

Предисловие

Если мы читаем христианские книги, то каким книгам отдаем предпочтение? Скорее всего, мы в первую очередь читаем книги, изданные нашей собственной деноминацией, потому что мы заранее знаем, о чем пишется в этих книгах. Если у нас есть четкие убеждения, мы будем выбирать те книги, которые соответствуют нашему образу мыслей.

Фундаменталисты будут читать книги фундаментальных авторов, либералы — либеральных, а пиетисты предпочтут труды о просвещении и назидании. Большинство из нас желали бы утвердить свои позиции через чтение книг. Мы хотим шагать по проторенным дорожкам, чтобы чувствовать себя, как дома. И лишь немногие духовные искатели решаются проникнуть за черту твердо установленных границ.

Однако в трудах Сперджена мы все можем услышать знакомые и привлекательные ноты. Подобно тому, как при жизни проповеди Сперджена приходили слушать самые разные люди, так теперь фундаменталисты и либералы, консерваторы и реформаторы являются его постоянными читателями. И при всем этом полифоническом многообразии голосов, все они утверждают, что встреча со Спержденом изменила и обновила их жизнь. Я с надеждой молюсь о том, чтобы издаваемая книга повеяла весенним ветром на все деноминации, и мы увидели бы в них признаки духовного пробуждения.

Я должен признаться, что мои догматические взгляды отличаются от понятий, которых придерживался Сперджен в своих духовных размышлениях. Ну и что же? Я все равно вижу, что из проповедей Сперджена льется свежая и чистая вода. Это производит такое сильное впечатление, что вопрос о том, из какой системы богословия она истекает и через какой трубопровод подается, кажется второстепенным. Здесь все — и парфяне, и мидяне, и еламиты — слышат, каждый на собственном наречии, повествование «о великих делах Божиих» (Деян.2:9,11).

Из-за этого чуда Пятидесятницы ценность всех школ богословия становится относительной, хотя мы должны воспринимать их всерьез и не ниспровергать с чувством фанатизма. Очень трудно предсказать, какое впечатление получат читатели от чтения этой книги. Поэтому я лучше зачерпну ладонями из того океана, который простирается перед ними, и пророню несколько капель.

Первое, что поражает нас, — это сила и даже страсть его языка. Это вовсе не значит, что автор пытается оказать на нас нажим. Невозможно предположить, что Сперджен нажимает на педаль громкости с желанием произвести эффект или оказать психологическое давление. Нашей реакцией на такие приемы было бы внутреннее сопротивление.

Но мы не чувствуем такого сопротивления. Можно заметить, что проявления эмоций употребляются здесь отнюдь не из тактических соображений. Они исходят из той темы, которую раскрывает Сперджен.

Он и сам говорит об этом с благородной ясностью. Он пишет: «Если человек постучит ко мне в дверь среди ночи, разбудит меня и скажет бесстрастным и вялым голосом, что загорелся мой дом, я, наверное, не восприму его слова всерьез, и у меня появится желание вылить на нарушителя моего покоя ведро воды. Ибо если мой дом действительно загорится, то это будет настолько угрожающим явлением, что о нем невозможно будет говорить бесстрастно и равнодушно. Пожар заставит говорить о себе в поспешных и тревожных тонах. Так и Евангелие является волнующей, тревожащей и даже сенсационной вестью. Говорить о нем беспечно и вяло — значит привносить ложь в благую весть уже самим своим тоном голоса. Иными словами, мое свидетельство о Христе состоит не только из информации, но оно включает также стиль и манеру, в которой я его произношу. Если я не проявляю никакой настоятельности и не рассчитываю, чтобы моя весть захватила и увлекла других, то вряд ли кто-то поверит в то, что я говорю. Если я не увлечен сам, я не могу увлечь других». Сперджен был одним из тех, в ком действовала сила (exousia) Господня. И эту силу чувствуем мы с вами.

Второе, что бросается в глаза, — это то, что Сперджен проповедует Евангелие, а не Закон. Он не похож на Савонаролу, который бичевал грешников в свои дни. В связи с этим уместно заметить, что людям нравится, когда проповедник их бичует. Суровые критики обычно собирают много последователей. Это потому, что нам доставляет удовольствие слушать о грехах других и о том, как эти грехи бранятся.

Причина этого явно нехристианского удовольствия, которое великие проповедники покаяния возбуждают в сердцах слушателей, вполне очевидна. Нам нравится видеть, как бичуют не наши грехи, а грехи кого-то другого. Мы остаемся при этом сторонними наблюдателями. Но этот факт лишний раз подтверждает истину, что Закон убивает. Надо сказать, что и Сперджен упоминает о грехах своих слушателей и своего времени. Но он никогда не делает этого, если прежде не покажет, как можно освободиться от этих грехов. Он не предлагает моральное лекарство, которое бессильно помочь и лишь служит обогащению духовных аптекарей. Он говорит о том, что солнце светит, и мы должны выбежать наружу из наших мрачных домов, в которых мы живем. Когда камень лежит на солнце, то нет нужды повелевать ему, чтобы он нагрелся. Он и сам нагреется. Проповедь Евангелия всегда несет положительный заряд. В людях, нашедших новую жизнь, старая увянет сама собой.

Если человек будет так предан своему делу и так наполнен пробуждающей силой, как Сперджен, он не может быть солистом, добивающимся лести и греющимся в лучах славы, как великий проповедник.

Из него потекут потоки воды живой. Вокруг него расцветет плодовитая земля с пестрой растительностью. Проще говоря, он будет собирать вокруг себя сотрудников и с ними создаст хор или ансамбль. Он будет ведущим певцом, и, возможно, его голос будет выделяться, но он будет петь только как участник хора. Так Сперджен в своей книге учит нас, что проповедники не должны рассматривать свои церкви как просто потребителей Слова, но должны сами делать все дела, как солисты. Мы должны сделать каждого члена церкви источником жизни.

Мы должны привести их к духовному возмужанию. Мы должны разъяснить им их миссионерскую ответственность. И здесь снова возникает вопрос о стиле евангельской работы. Мы считаем, что стиль передачи евангельской вести не должен быть таким, как у популярного проповедника, который держит все собрание под своим контролем.

Надо сделать так, чтобы это было общее дело. Истинный проповедник не может жить сам по себе, он должен быть частью живой и пробужденной церкви. Жизнеспособность церкви можно определить по тому факту, есть ли в ней миссионерская группа.

Однако в проповедях Сперджена есть еще одна особенность. Он ставит своей целью достичь сердец слушающих. Он знает, как нужно утешить их в переживаниях, как предостеречь от ложного самоуспокоения, как ответить на мучающие их вопросы. И, таким образом, каждый слушатель чувствует, что проповедь обращена непосредственно к нему. Каждый может признаться: «Это слово было сказано для меня, я нуждался именно в такой проповеди». Такая адаптация к слушателям отнюдь не является тактическим приемом. Он совершенно не похож на торгаша. Торгаш изучает потребности и вкусы покупателей, чтобы сбыть им свой товар. Но разница между тем, как изучает своих покупателей торгаш, и тем, как изучает своих слушателей проповедник, вполне очевидна. Торгаш старается во что бы то ни стало продать товар. Это дело его чести и похвалы, если он рекламирует покупателям какой-то товар, даже если он им не нужен. Поэтому он вынужден потакать вкусам покупателей.

Проповедник Евангелия, однако, не желает сбыть свою весть слушателям любой ценой. Наоборот, он встречает и разочарование, и сопротивление. Но он знает, что чем яснее и сердечнее его речь, тем скорее они примут ее за нападение и вторжение в их личную жизнь. От этого слушатели еще больше насторожатся и будут противиться проповеди. Другими словами, реакция сопротивления может оказаться значительно сильнее, чем если бы проповедник говорил традиционную проповедь, которая настолько тривиальна, что воспринимается как что-то не относящееся к слушателям непосредственно.

Сперджен — это проповедник, который знает все это и который никогда не изменяет своему стилю ради завоевания успеха. Он убеждает слушателя и приспосабливается к нему, чтобы он понял, что в его жизни должна произойти революция. Но он никогда не приспосабливается, чтобы завлечь его лестью или произвести впечатление, что он, слушатель, не так уж и плох, и ему не надо ни волноваться, ни менять свою жизнь, а всего лишь стать чуточку более грамотным. Нет, Сперджен не оставляет у слушателя никаких сомнений в том, что проповедь потрясет всю его жизнь до самого основания и будет жалом в его плоти.

Для этой цели он преподает Слово Божье без всяких тактических или психологических манипуляций, как делают многие современные евангелисты. Он готов встретить град камней. Он не ждет аплодисментов. Я вспоминаю слова одного проповедника, по имени Мартин Келер, которые привожу здесь в заключение: «Павел был готов и старался быть всем для всех, для иудеев — иудеем, а для еллинов — еллином. Но он не брался делать следующие две вещи: творить чудеса для иудеев и быть утонченным христианином для еллинов.»

Гельмут Тилике,
Профессор систематического богословия
При Гамбургском университете, Германия.
Предисловие к первоначальному изданию

Данный труд выходит в свет в соответствии с планами Сперджена, поскольку он уже подготовил для печати большую часть материала, а остальные его рукописи были добавлены после весьма незначительного редактирования. Его желанием было прочесть для студентов Пасторского колледжа короткий курс лекций на тему, которую он назвал «Самое высокое царственное занятие — спасение душ». После окончания курса он собирался проповедовать на эту же тему в других местах, и затем — опубликовать этот материал, как руководство для всех, желающих стать ловцами душ, с надеждой, что он вдохновит многих других христиан на это воистину благословенное служение для Спасителя.

Из этого объяснения станет понятным метод изложения материала в данной книге. Первые шесть глав содержат лекции для Колледжа, затем следуют четыре главы для учителей воскресных школ, евангелистов и для молитвенных собраний, проводимых в церкви Сперджена по понедельникам; остальной материал представляет собой проповеди, в которых приобретение душ настоятельно предлагается вниманию всех верующих в Господа Иисуса Христа.

В течение более сорока лет Сперджен был одним из величайших приобретателей душ, благодаря своим проповедям и статьям. Его печатное слово продолжает служить средством обращения многих душ на земном шаре. Мы уверены, что тысячи людей будут рады прочитать то, что он охарактеризовал как «самое главное занятие христианского служителя».
Что значит спасать души?

Я намерен, дорогие братья, если Бог мне поможет, прочесть вам краткий курс лекций на тему «Как спасать души». Спасение душ — наиважнейшее занятие христианского служителя, и, конечно же, оно должно быть основным стремлением всякого истинного верующего. Каждый из нас должен повторить вместе с Симоном Петром: «Иду ловить рыбу», и, как и у Павла, нашей целью должно быть: «Чтобы спасти, по крайней мере, некоторых».

Начнем наши рассуждения по данной теме с ответа на вопрос: ЧТО ЗНАЧИТ СПАСАТЬ ДУШИ?

Может быть, сначала полезно будет ответить на вопрос, что не является спасением душ. Мы не считаем, что спасением душ является воровство членов из уже существующих церквей и затем тренировка их в произношении нашего особого «шибболета». Нашей целью является приведение душ ко Христу, а не обращение их в нашу синагогу. Да, есть вокруг нас те, кто ворует овец, и я не могу о них сказать ничего, кроме того, что они — не братья или, по крайней мере, действуют не по-братски. Пусть они сами «стоят или падают перед своим Господом». Мы считаем это крайней подлостью — строить свой дом за счет руин соседского особняка, и без всяких оговорок предпочитаем сами добывать для себя строительный материал. Надеюсь, мы согласимся с великодушным взглядом доктора Челмерса. Когда ему сказали, что такие-то и такие-то мероприятия не будут полезны для Шотландской Свободной церкви, хотя и будут способствовать процветанию религии в стране вообще, он ответил: «Что такое Свободная церковь в сравнении с духовным благом для всего народа Шотландии?» Действительно, что представляет собой любая церковь или даже все церкви, вместе взятые как организации, если они мешают нравственному и духовному процветанию нации или создают препятствия царству Христа? Мы желаем видеть церкви процветающими только потому, что Бог благословляет через них народ, а не ради блага самих церквей. Существует в мире такая вещь, как эгоизм, проявляемый в усердном возвеличивании нашей собственной религиозной партии; от этого злого духа да избавит нас Божья благодать! Распространение Царствия Божьего должно быть более желательным, чем рост какого-нибудь одного клана. Да, мы желали бы сделать все от нас зависящее, чтобы детокрещенцы стали крещенными по вере, потому что мы уважаем установления Господни. Мы усердно трудились бы, чтобы верующие во спасение через свободную волю стали верующими во спасение по благодати, ибо мы хотели бы, чтобы все христианские вероучения были построены на твердой скале истины, а не на песке вымыслов; но в то же время нашей целью является не пересмотр мнений, а перерождение природы. Мы желаем приводить людей ко Христу, а не обращать их в наше специфичное понимание христианства. Нашей первостепенной заботой должно быть то, чтобы овцы были собраны вокруг Пастыря, а уж после этого у нас будет достаточно времени, чтобы закрепить их за различными нашими загонами. Делать людей прозелитами — занятие, подходящее для фарисеев; рождать людей для Бога — благородная цель служителей Христовых.

Далее, мы не считаем, что спасение душ заключается в поспешном включении в церковный список новых имен, чтобы показать хорошие результаты в конце года. Это делается легко, и есть братья, которые употребляют много стараний, если не искусства, чтобы таким образом достичь желаемых результатов. Но если такой метод поставить во главу угла всего служения, результаты будут плачевными. Давайте же стараться приводить в церковь истинно обращенных людей и затем учить их соблюдать все, что повелел Господь. Но мы знаем, что учить надо учеников, а не просто верующих по названию; и если не подойти к этому делу серьезно, то можно сделать больше вреда, чем пользы. Сделать членом церкви необращенного человека — значит ослабить и принизить церковь, и поэтому кажущееся приобретение может быть на самом деле потерей. Я не из тех, кто порицает статистику, и не считаю, что статистика порождает зло — наоборот, она очень полезна, если в ней приводятся точные данные и если ее используют законно. Хорошо, если через статистику упадка люди видят наготу земли, и это заставляет их упасть на колени перед Господом в молитве о процветании; точно так же, нет никакого вреда для работников, если они получают ободрение, видя перед собой отчет о результатах своей работы. Будет весьма прискорбно, если мы перестанем упражняться в сложении, вычитании и подсчете результатов, ибо мы должны уметь определять наше состояние количественно. Замечено, что те, кто выступает против такого учета, часто относятся к тем братьям, которые боятся, что неудовлетворительные отчеты некоторым образом будут унизительны для них. Так бывает не всегда, но подозрительно часто.

Однажды я слышал отчет из некоторой церкви, служитель которой, известный тем, что уменьшил количество членов чуть ли не до нуля, довольно умно заметил: «Наша церковь смотрит вверх».

Когда его спросили, что это значит, он ответил: «Всякому известно, что наша церковь лежит на спине, и поэтому ей ничего не остается делать, как только смотреть вверх». Когда церкви смотрят вверх подобным образом, их пастыри, как правило, говорят, что статистика — вещь довольно обманчивая и что невозможно вычислить работу Духа и подсчитать благополучие церкви в цифрах. Однако факты таковы, что вы можете вычислить все это очень правильно, если цифры записаны честно и если учитываются все обстоятельства; так что если нет роста, вы можете подсчитать довольно точно, что работы проделано было немного; или же если наблюдается очевидный упадок в церкви, в то время как увеличивается прирост населения в обществе, вы можете вычислить, что молитвы церкви и проповеди служителя не относились к числу сильных.

И все-таки я утверждаю, что всякая поспешность в приобретении новых членов церкви наносит величайший вред как для предполагаемых новообращенных, так и для самой церкви. Я очень хорошо помню нескольких молодых людей, у которых был хороший моральный характер и обнадеживающее отношение к религии, но вместо того, чтобы искать их сердца и направить к подлинному обращению, пастор не давал им покоя, пока не убедил их публично заявить о своей вере. Он думал, что если они исповедуют веру, то таким образом будут в большей степени привязаны к святым вещам, и поэтому он с совершенно спокойной совестью подталкивал их, ведь они подавали столь большие надежды. Он думал, что если испытывать слишком строго, это оттолкнет их, и, таким образом, ради сохранения количества он сделал их лицемерами. В настоящее время эти молодые люди ушли от Бога и церкви намного дальше, чем если бы их в свое время поставили на свое место и предупредили, что они — необращенные. Человеку будет причинен большой вред, если его примут в число верных, не имея достаточных доказательств его подлинного возрождения. Я абсолютно уверен в этом, потому что говорю на основании внимательных наблюдений. Некоторые из самых отъявленных грешников, которых я знаю, были однажды членами церкви.

Сделать исповедание веры их заставило чрезмерное давление со стороны тех, кто желал им добра, но плохо думал о последствиях.

Поэтому не думайте, что спасение душ обеспечивается умножением крещений или ростом количества членов церкви. Чего стоят, например, такого рода депеши с поля битвы: «Прошлым вечером четырнадцать душ были под сильным влиянием обличения, пятнадцать душ получили оправдание и восемь — полное освящение»? Я устал от этого публичного хвастовства, этого подсчета невысиженных цыплят, этой демонстрации сомнительных трофеев. Оставьте такого рода подсчеты душ, такие пустые попытки удостовериться за полминуты в том, что требует проверки в течение всей жизни. Надейтесь на лучшее, но даже в моменты наивысшего душевного подъема будьте трезвыми в своих оценках. Конечно же, это очень хорошо — беседовать с ищущими душами лично, в отдельной комнате, но если после этого вы будете попустому хвастаться, ваше хвастовство будет оскорблять Святого Духа и пагубно скажется на вашей работе.

Еще скажу, дорогие друзья, что спасением душ не является простое возбуждение чувств. Возбуждение чувств обычно сопровождает всякое великое движение. И мы можем задать справедливый вопрос, было ли это движение действительно серьезным и мощным, если оно было похоже на тихое чтение Библии в уютной комнате. Невозможно разбивать большие камни без грохота или вести войну и заставить ее участников сидеть тихо, как мыши. В сухую погоду телега не может двигаться по дороге без шума и пыли; трение и возбуждение — это естественный результат действия движущей силы. Точно так же, когда Дух Божий действует и возбуждает сердца людей, должны быть определенные видимые знаки этого движения, хотя их никогда нельзя перепутывать с самим движением. Если есть такие люди, которые считают, что целью движения телеги является производство пыли, то они могут взять метлу и за короткое время поднять столько же пыли, как и проехавший экипаж; но от этого будет больше досады, чем пользы.

Возбуждение чувств — такое же побочное явление, как и пыль, его ни в коем случае нельзя считать главной целью. Женщина, подметавшая свой дом, делала это для того, чтобы найти драхму, а не для того, чтобы поднять облако пыли.

Не ставьте своей целью произвести сенсацию или добиться «эффекта». Слезы на щеках, всхлипывания, выкрики, толпящиеся люди после окончания собрания и прочие подобные явления вполне могут случиться и сопровождать настоящие чувства; но ни в коем случае не надо планировать все это заранее.

Часто случается так, что те новообращенные, которые были рождены при возбужденных чувствах, умирают, как только уходят чувства. Они похожи на некоторых насекомых, которые роятся в жаркий день и умирают после захода солнца. Некоторые новообращенные, как сковородки, живут в огне, но выдыхаются при нормальной температуре. Я не люблю такой религии, которая не может обойтись без горячей головы или производит таковую. Покажите мне такое благочестие, которое процветает вблизи Голгофы, а не вблизи Везувия. Величайшая ревность во имя Христа совместима со здравым смыслом и рассудительностью, а неистовство, шумное веселье и фанатизм являются продуктом ревности не по рассуждению. Мы должны готовить людей для благоговейного участия в Вечере, а не для палаты в доме умалишенных. Я больше других сожалею о том, что приходится говорить эти предостережения, но, имея в виду излишества некоторых евангелистов, я не могу сказать меньше, чем сказал, хотя можно было бы говорить на эту тему еще много.

Чем же на самом деле является истинное приобретение душ для Бога? Поскольку здесь речь идет об использовании определенных средств, что представляет собой процесс, посредством которого душа приводится к Богу и к спасению? Я понимаю так, что одним из основных действий данного процесса является обучение человека, чтобы он мог знать истину Божью. Обучение Евангелию является началом всякой подлинной работы с человеческими душами. «Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь».

Обучение начинает работу, и оно же ее венчает.

Евангелие, согласно пророку Исаии (55:3) представляет собой следующее: «Приклоните ухо ваше и придите ко Мне: послушайте, и жива будет душа ваша». Мы посланы евангелизировать, то есть, проповедовать Евангелие всему творению, но это невозможно сделать, если мы не научим людей великим истинам, которые открыл Бог. Евангелие — это благая весть. Если послушать некоторых проповедников, то можно прийти к выводу, что Евангелие — это понюшка священного зелья, чтобы заставить грешников проснуться или же это бутылка со спиртным для разгорячения их мозгов. Но на самом деле оно не похоже на подобные вещи. Евангелие — это новость; оно содержит информацию и наставление о том, что человеку необходимо знать, а также обещания о благословении для тех, кто слушает его. Это не магические заклинания, не чары, сила которых состоит в определенном наборе звуков; но это откровение фактов и истин, которые требуют знания и веры. Евангелие — это система познаний, требующая участия человеческого разума; оно дает пищу для размышления и соображения. Поэтому, если не научить людей чему-нибудь, то можно кричать: «Веруй! Веруй! Веруй!» — но во что они будут верить?

Всякий призыв требует соответствующего пояснения. Или еще: «Избегай!» Чего надо избегать? Для ответа на этот вопрос необходимо знать библейское учение о наказании за грех. «Прибегай!» Но к чему прибегать? В этом случае вы должны проповедовать Христа, Его раны, то есть ясное учение об искуплении через заместительную жертву. «Покайся!» В чем каяться? Здесь надо ответить на вопросы: «Что есть грех? В чем заключается его зло? Какие последствия греха?» «Обратитесь!» Но что значит обратиться? Какой силой мы должны быть обращены? От чего? К чему?

Поле для наставления велико, если мы желаем, чтобы люди знали истину, которая спасает. «Не хорошо душе без знания!» Знание является и нашим, и Господним инструментом, чтобы помочь людям знать истину таким образом, чтобы они могли в нее поверить и почувствовать ее силу. Не надо пытаться спасать людей в темноте, но силой Святого Духа мы должны стараться обратить их от тьмы к свету.

И еще, дорогие друзья, не думайте, что когда вы участвуете в благовестии или в специальном призывном служении, то можно и не излагать учение Евангелия; наоборот, в таких случаях вы должны еще больше ставить ударение на учение о благодати.

Проповедуйте евангельские доктрины ясно, с чувством, просто и искренне, особенно те истины, которые имеют насущное и практическое применение в отношении состояния человека и Божьей благодати. Похоже, что некоторые смельчаки вбили себе в голову мысль, что если проповедник говорит слово к необращенным, он должен умышленно уходить от изложения доктрин, которые надо проповедовать верующим, потому что, якобы, люди не станут каяться, если он будет возвещать им всю волю Божью. Но, братья, ведь так можно дойти до абсурдного вывода, что для спасения душ мы должны скрывать истину и провозглашать полуложь! Выходит, что мы должны говорить истину для народа Божьего, потому что верующие не станут слушать ничего другого; и в то же время мы должны лестью заманивать грешников в веру, выставляя одну часть истины и скрывая все остальное до лучших времен. Странная теория, хотя многие ее поддерживают. По их понятиям, мы должны проповедовать искупление избранных для народа Божьего, и всеобщее искупление — для внешнего мира; мы должны говорить верующим, что спасение — только по благодати, но для грешников — что они, вроде бы, могут спасти самих себя; мы должны рассказать христианам, что только Бог Дух Святой может обратить, но когда мы разговариваем с неспасенными, то почти не упоминаем о Духе Святом вообще. Но мы не так познали Христа. Если так понимают другие, то пусть они будут для нас предостережением, но ни в коем случае не примером.

Тот, Кто послал нас спасать души, не давал нам позволения изобретать ложь или подавлять истину. Его дело можно делать, не прибегая к таким подозрительным методам.

Может быть, кто-нибудь из вас скажет: «Но ведь Бог, тем не менее, благословляет недоговоренные истины и бессвязные рассуждения». Я осмелюсь заявить, что Бог не благословляет неправду. Он может благословить истину, даже если она смешана с ложью, но благословений будет намного больше, если проповедь будет более соответствовать Его Слову. Я не могу допустить мысль, что Господь благословляет евангелистскую казуистику, и в таком случае я не слишком жестко высказался, называя ее подавлением истины. Уход от учения о полной испорченности человека уже причинил серьезный вред многим, кто слушал подобного рода проповедь. Эти люди не получили подлинного исцеления, потому что они не знали правду о болезни, от которой страдали. Они не оделись по-настоящему, потому что ничего не было сделано, чтобы раздеть их донага. В служении многих проповедников недостаточно полно раскрывается истина о разобщении человека с Богом и о том, насколько эгоистично и пагубно такое состояние, из-за чего не исследуется состояние сердца человека и не пробуждается его совесть. Люди должны быть научены, что если божественная благодать не выведет их из состояния вражды с Богом, они погибнут навеки. Им надо также напоминать о суверенности Бога, то есть, о том, что Он не обязан вывести их из этого состояния, и они не имеют никаких заслуг перед Ним, чтобы просить воздаяния или заявлять о своих правах, и если они хотят быть спасены, то получат спасение исключительно по благодати. Задача проповедника — повергнуть грешников в полную беспомощность, чтобы заставить их взыскать Того, Кто Один может им помочь.

Попытки привести душу ко Христу, оставляя ее в неведении об истине, противоречат замыслу Духа Святого; старания спасти людей трескучими фразами, возбуждением чувств или ораторским искусством так же неразумны, как попытка поймать ангела на птичий клей или спустить с неба звезду с помощью музыки.

Лучшее средство для привлечения душ — это чистое Евангелие.

Оружие, которым Господь покоряет людей — это истина, открытая в Иисусе. Евангелие — лучшее средство при любой крайней нужде, это та стрела, которая может пронзить самое закаменелое сердце, тот бальзам, который может исцелить тяжелейшую смертельную рану. Так проповедуйте же его и не проповедуйте ничего другого. Положитесь безоговорочно на это старое, древнее Евангелие. Вам не нужны никакие другие сети для ловли человеков; те сети, которые дал Господь, достаточно прочны для больших рыб, их ячейки достаточно густые, чтобы удержать и самых маленьких.

Во-вторых, для того, чтобы привести душу ко Христу, необходимо не только наставить слушателя, чтобы он знал истину, но и воздействовать на его сердце, чтобы он мог ее прочувствовать.

Одно лишь наставление, которое всегда апеллирует к разуму, но оставляет незатронутыми чувства, конечно же, будет хромающим служением. «Неровно поднимаются ноги у хромого», — говорит Соломон. Точно так же хромают ноги у некоторых проповедников, нанося урон их служению. Мы как-то видели одного хромающего проповедника, у которого была длинная нога доктрины, но очень короткая нога чувств. Как ужасно, когда человек может холодно говорить о вечной участи погибших! Хотя он и не благодарит за это Бога, но ему не стоит никаких мучений сердца думать о погибели миллионов таких же человеческих существ, как он сам. Это ужасно! Я не могу терпеть, когда слышу об ужасах ада из уст людей с суровым выражением лица, резким тоном и бесчувственным сердцем, которое выдает сухого ментора. У таких людей высохло всякое добросердечие, симпатия и сочувствие.

Не имея своих собственных чувств, такой проповедник не может пробудить их и в других. Люди слушают его сухие, безжизненные утверждения и приходят к выводу, что этот проповедник «глубокий», затем и они сами становятся такими же «глубокими», в частности, впадают в глубокую спячку, поскольку дальнейшую свою жизнь проводят в презрительном фырканье по поводу ересей, а также придирчивости к словам даже искренних людей. Да не будем мы никогда крещены таким духом! Независимо от того, во что я верую или не верую, заповедь любить ближнего, как самого себя, остается для меня в силе, и упаси меня Бог, чтобы взгляды или мнения настолько высушили мою душу и ожесточили сердце, что я забыл бы этот закон любви! Любовь к Богу стоит на первом месте, но это ни в коей мере не умаляет обязанность любить ближнего. Фактически, первая заповедь включает в себя и вторую. Мы должны беспокоиться о спасении наших ближних, потому что любим их, и должны разговаривать с ними в выражениях Евангелия Божьей любви, потому что от сердца желаем им этого вечного блага.

У грешника есть не только голова, но и сердце; у него есть не только мысли, но также и чувства, и мы должны обращаться и к тому, и к другому. Грешник не может обратиться к Богу, если его чувства остались незатронутыми. Если он не чувствует сожаления о грехе, если у него нет никакой радости от принятия Слова Божьего, от него нельзя ожидать многого. Истина должна пропитать его душу и окрасить ее в свой цвет. Слово должно быть подобно сильному ветру, который проносится через его сердце и колеблет всего человека, как летний ветер колышет созревающие колосья на поле. Религия без чувств — это религия без жизни.

И все же мы должны иметь в виду причину этих чувств. Не играйте с душой, возбуждая в ней недуховные чувства. Некоторые проповедники очень любят рассказывать в своих проповедях о похоронах, об умирающих детях, и таким образом заставляют людей плакать в силу обычных естественных чувств. Такие чувства, правда, могут привести к чему-то хорошему, но разве они имеют сами по себе какую-либо ценность? Что хорошего в том, когда затрагивается горе матери или печаль вдовы? Я не верю, что наш милосердный Господь послал нас заставлять людей плакать об ушедших близких, раскапывать заново их могилы и пробуждать в памяти ушедшие картины тяжких утрат и горя. Зачем Ему это делать? Безусловно, можно с пользой рассказать случай об умирающем христианине или грешнике, чтобы проиллюстрировать мир в сердце верующего и терзания совести неверующего; однако польза получается не от самой иллюстрации, а от той истины, которую мы доказываем. Естественное горе само по себе не служит к пользе. Мы смотрим на него, как на помеху, отвлекающую нас от более высоких мыслей; это слишком высокая цена для чувствительных сердец, разве что мы сможем компенсировать ее тем, что привьем к стволу естественных чувств духовные впечатления, которые сохранятся на долгие времена. «Это была замечательная речь, которая очень затронула сердце», — сказал один человек, слышавший ее. Да, но каковы были практические результаты от этих чувств? Молодой проповедник как-то заметил: «Разве ты не был потрясен, видя такое большое собрание плачущим?» — «Да, — ответил его рассудительный друг, — но я еще больше был потрясен, когда подумал, что эти люди будут, может быть, еще больше плакать, наблюдая спектакль». Это действительно так, причем в обоих случаях плач может быть одинаково бесполезным. Я видел однажды на борту парохода девушку, которая читала книгу и плакала так, словно ее сердце разрывалось. Но когда я бросил взгляд на название книги, то оказалось, что это был один из тех глупых романов, которые заполняют прилавки привокзальных книжных магазинов. Ее слезы были совершенно бесполезной тратой влаги. Точно такими же являются слезы, произведенные сентиментальными историями и рассказами об умирающих, которые можно слышать с кафедры.

Если наши слушатели будут плакать о своих грехах и о страданиях Христа, пусть их слезы текут ручьями; если же причина их слез естественная, а не духовная, то что хорошего вы сделали, заставив их плакать? Возможно, есть некая добродетель в том, что мы заставляем людей радоваться, ведь в этом мире и так достаточно горя; но какая польза в том, что мы будем причинять ненужные страдания? Какое вы имеете право ходить по миру и резать всех скальпелем только для того, чтобы показать свое хирургическое искусство? Настоящий врач режет ткань только для лечения, и мудрый служитель возбуждает болезненные чувства в сердцах людей, имея в виду единственную цель — благословение их душ. Мы с вами должны продолжать стучать в сердца людей, пока они не сокрушатся; далее, мы должны проповедовать о Христе распятом, пока раны их сердца не будут перевязаны; когда это сделано, мы должны продолжать излагать Евангелие, пока все их существо не подчинится благовествованию Христову. Еще при подготовительной работе вы почувствуете нужду в том, чтобы Святой Дух действовал в вас. Но эта нужда станет еще более очевидной, когда вы сделаете шаг вперед и заговорите о рождении свыше, при котором божественная природа Святого Духа проявляется в высшей мере.

Я уже ставил вам на вид, что наставление и впечатление — это то, что более всего необходимо для спасения душ; но это еще не все, поскольку это всего лишь средства для достижения желаемого результата. Прежде чем человек получит спасение души, должна быть проделана очень большая работа. Божественная благодать должна совершить над душой свое чудо, далеко превосходящее все, что может быть сделано человеческими усилиями. Ко всем, кого бы мы ни пожелали привести ко Христу, относится написанное: «Если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия». Святой Дух должен совершить возрождение в тех, кого мы любим, иначе они никогда не смогут стать обладателями вечного счастья. Они должны быть оживлены для новой жизни, стать новым творением во Христе Иисусе. Та самая сила, которая воскресила Христа и сотворила мир, должна воздействовать на них всей своей мощью, — ничто, меньшее этого, не в состоянии удовлетворить данную нужду. Они должны быть рождены заново, рождены свыше. С первого взгляда может показаться, что здесь вообще не нужен никакой человек; однако, обращаясь к Писанию, мы не находим подтверждений для такого вывода, наоборот, многие места говорят обратное. Да, мы находим в Писании, что Господь есть все во всем, но там нет и намека на то, что по этой причине можно обойтись без средств. Верховное владычество и сила Господа являются в еще большей славе, когда Он совершает работу, употребляя средства. Он настолько велик, что не боится оказать честь инструментам, которые употребляет, говоря о них возвышенными словами и наделяя их великой силой для влияния на других. К сожалению, мы можем слишком мало говорить о Святом Духе, и я боюсь, что это один из самых вопиющих грехов нашего времени; и все же даже непогрешимое Слово Божие, в котором истина всегда правильно уравновешена, возвеличивая Святого Духа, не говорит пренебрежительно о человеке, через которого действует Бог. Бог не считает, что Его слава столь сомнительна, что ее нужно поддерживать ценой принижения человеческих услуг. В Посланиях есть два места, которые часто удивляют меня, когда я читаю и сравниваю их. Павел сравнивает себя с отцом и с матерью, говоря о новом рождении; он говорит об одном из новообращенных: «…которого я родил в моих узах», а также о целой церкви: «Дети мои, для которых я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос». Смелое заявление! Оно намного смелее, чем допускает современное богословие и чем может позволить себе самый благословенный служитель; и, однако же, эти слова освящены, даже более того — продиктованы Самим Богом Святым Духом, и поэтому они не подлежат критике. Эту таинственную силу Бог вливает в избранные Им сосуды, и поэтому мы названы «соработниками у Бога»; в то же время, из этого вытекает и наша ответственность, а также основание нашей надежды.

Возрождение, или рождение свыше, производит перемену во всем естестве человека, и его сущность, насколько нам понятно, заключается во внедрении и создании нового принципа внутри человека. Святой Дух творит в нас новую небесную и бессмертную природу, которая в Писании называется «дух», и таким образом отличается от души. Наше понятие о возрождении таково, что падшая природа человека состоит только из тела и души, и когда человек возрождается, в нем создается новая, высшая природа — «дух», — который есть искра от вечного огня Божьей жизни и любви. Эта искра падает в сердце и остается там, и делает того, кто ее получил, «причастником Божеского естества». С этих пор человек состоит из трех частей: тела, души и духа, и дух является властвующей силой среди этих троих. Вы все хорошо помните эту замечательную главу о воскресении, 1Кор.15, где эти различия очень хорошо описываются в следующих словах: «Сеется тело душевное, восстает тело духовное. Есть тело душевное, есть тело и духовное. Так и написано: первый человек Адам стал душою живущею; а последний Адам есть дух животворящий. Но не духовное прежде, а душевное, потом духовное» (ст.44-46). Сначала мы находимся в нашем естественном, или душевном, состоянии бытия, каким был первый Адам; затем, через возрождение, мы переходим в другое состояние, и становимся обладателями «духа животворящего». Без этого духа никакой человек не может увидеть и войти в Царство небесное. Поэтому нашим пылким желанием должно быть то, чтобы Святой Дух посетил наших слушателей и сотворил их новыми людьми, — чтобы Он спустился на эти сухие кости и вдохнул вечную жизнь в тех, кто мертв во грехе. Пока это не произойдет, они никак не могут принять истину, ибо «душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем [надобно] судить духовно». «Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные — жизнь и мир». Новый, небесный образ мышления должен быть создан силой Всемогущего, иначе человек находится в состоянии смерти. Поэтому, как вы видите, перед нами лежит такая великая работа, которую мы абсолютно неспособны выполнить сами. Спасти душу не может ни служитель, ни все мы, вместе взятые, ни все святые на небе и на земле — никто не может совершить возрождение даже одной-единственной души. Все усилия с нашей стороны будут верхом безрассудства, если мы не находимся в употреблении Святого Духа и не исполнены Его силой. С другой стороны, чудеса возрождения, сопровождающие наше служение, являются лучшей печатью и доказательством нашего призвания. Апостолы могли сослаться на те чудеса, которые сотворил Христос и которые они творили сами Его именем, а мы ссылаемся на чудеса, которые творит Дух Святой, потому что они столь же божественны и реальны, как и те, которые творил Сам Господь. Эти чудеса суть сотворение новой жизни в человеческом сердце, а также полная перемена всего существа тех, на которых нисходит Дух Святой.

Поскольку эта рожденная от Бога духовная жизнь в людях является тайной, давайте поговорим подробнее о более наглядных ее результатах, о видимых знаках, сопровождающих эту жизнь, ведь именно в их наличии мы должны быть заинтересованы. Прежде всего, возрождение будет очевидным, если есть осознание греховности. Мы полагаем, что это — абсолютно необходимый знак работы Духа Святого. Новая жизнь, входя в сердце, причиняет, в первую очередь, сильную внутреннюю боль. Правда, в наши дни можно услышать о людях, которые получили исцеление, еще не будучи ранены, а также получили уверенность в оправдании, еще не оплакав свое осуждение, но ценность подобного исцеления и оправдания весьма сомнительна. Такой порядок вещей не согласуется с истиной. Бог не одевает человека, если прежде не разденет его донага. Он не оживляет его с помощью Евангелия, если прежде не умертвит с помощью Закона. Если вы встретите человека, в котором нет даже следа осознания собственной греховности, можете быть вполне уверены, что над ним еще не поработал Дух Святой, ибо «Он, придя, обличит мир о грехе, и о правде, и о суде». Когда Дух Господень дышит на нас, Он иссушает всякую славу человеческую, которая как цвет на траве, и затем открывает высшую и непреходящую славу. Не удивляйтесь, если такое осознание греховности иногда будет слишком острым и тревожным, но, с другой стороны, не осуждайте тех, в ком оно проявляется менее сильно, ибо везде, где грех оплакан, исповедан, оставлен и возненавиден, мы видим явный результат работы Духа Святого. Правда, многие страхи и сомнения, сопровождающие осознание греховности, происходят не от Духа Божия, но от сатаны либо от испорченной природы. И все же истинное и глубокое осознание греховности абсолютно необходимо, и проповедник должен его добиться, ибо где оно не чувствуется, там рождение свыше еще не произошло.

Точно так же верно и то, что истинное обращение можно распознать по признаку простой веры в Иисуса Христа. Вам не нужно много говорить об этом, потому что вы и сами вполне убеждены в этой истине. Проявление веры составляет самый центр мишени, в которую вы целитесь. У вас не будет доказательства того, что вы приобрели душу человека для Христа до тех пор, пока он не отрешится от самого себя и от своих заслуг и не сокроется во Христе. Надо особенно внимательно проследить, чтобы человек проявил эту веру во Христа для получения полного спасения, а не его части. Многие люди думают, что Господь Иисус Христос имеет силу, чтобы простить прошлые грехи, но они не полагаются на Него, чтобы Он же сохранил их в будущем. Они доверяют Ему свои прошедшие годы, но не доверяют грядущие, тогда как в Писании нигде не говорится, что Христос совершил такое разделенное на части спасение. Он понес либо все наши грехи, либо ни одного. Он спасает нас либо раз и навсегда, либо вообще не спасает. Его смерть никогда не повторится снова. А потому либо она действительно является умилостивлением за будущие грехи верующего, либо верующий погибнет, поскольку ни о каком другом искуплении в будущем не может быть и речи, а грехи в будущем верующий совершит обязательно. Да будет благословенно Его имя, ибо сказано: «И во всем, в чем вы не могли оправдаться законом Моисеевым, оправдывается Им всякий верующий». Спасение по благодати — это вечное спасение. Грешники должны вверить свои души Христу для охраны на всю вечность, ведь иначе как они могут считать себя спасенными? Увы! Некоторые учат, что верующие спасены только отчасти, и в остальном должны быть зависимы от своих будущих усилий. Разве это Евангелие?

Нет, я так не считаю. Истинная вера полагается полностью на всего Христа, для получения полностью всего спасения. Стоит ли удивляться, что многие новообращенные отпадают, если, фактически, они так и не были научены употребить свою веру во Христа для получения вечного спасения, а употребили ее только для временного обращения? Неправильное объяснение Христа порождает неправильную веру; и если такая вера чахнет в собственном бессилии, кого винить в этом? Они получают по своей вере: и проповедник, и обладатель частичной веры должны вместе нести ответственность за то, что их жалкая, уродливая вера терпит поражение. Я желал бы сказать об этом еще громче, потому что такой полулегальный способ уверования встречается очень часто. Мы должны настаивать на том, чтобы трепещущий грешник полагался полностью и исключительно на Господа Иисуса навсегда, иначе мы заставим его прийти к выводу, что надо начинать духом, а заканчивать плотью: он будет ходить верою в прошлом и делами — в будущем, что и приведет его к роковому концу. Истинная вера во Христа воспринимает жизнь вечную, она видит полноту спасения в Том, Чья единократная жертва освятила народ Божий раз и навсегда. Ощущение того, что ты спасен и притом спасен вполне во Христе Иисусе, не является, как некоторые считают, источником плотской самоуверенности и врагом святого усердия, но как раз наоборот. Избавленный от страха, который делает спасение самого себя более непосредственным предметом, чем спасение от самого себя, и вдохновленный святой благодарностью к своему Искупителю, возрожденный человек становится способным к добродетели и полным ревности о славе Божьей. Если человек дрожит от чувства ненадежности спасения, то он направляет свои мысли в первую очередь к своим собственным интересам; но если он утвержден на Скале веков, у него есть и время, и желание воспевать новую песнь, которую Господь вложил в его уста.

И уже после этого его личное спасение завершается в моральном смысле, ибо его «я» больше не господствует над ним. Поэтому не успокаивайтесь до тех пор, пока вы не увидите в своих новообращенных простую, искреннюю и решительную веру в Господа Иисуса.

Вместе с безраздельной верой в Иисуса Христа должно быть также искреннее покаяние во грехе. Покаяние — слово старомодное, оно не часто употребляется современными популярными евангелистами. «О, — сказал мне как-то один служитель, — но ведь это значит всего лишь перемену мыслей!» Он, очевидно, считал, что сделал глубокий вывод. Да, действительно, это «всего лишь перемена мыслей», но какая перемена! Это перемена отношения ко всему на свете! Вместо того чтобы говорить «это всего лишь перемена мыслей», мне кажется, полезнее сказать, что это великая и глубокая перемена, — по сути, это перемена самого ума. Но независимо от того, каково буквальное значение слова в греческом оригинале, покаяние — не игрушка. Трудно найти лучшее определение покаяния чем то, которое дано в детском гимне: Покаяться — значит оставить Грехи, которые мы до этого любили, И показать, что мы искренне сокрушаемся о них, Не повторяя их более.

Истинное обращение во всех случаях сопровождается чувством греховности (о котором мы говорили ранее под заголовком Осознание греховности), сожалением о грехе, то есть, святым сокрушением о совершенных грехах; ненавистью ко греху, которая показывает, что власть греха кончилась; а также практическим отвращением от греха, показывающим, что внутренняя жизнь души управляет жизнью внешней. Истинная вера и истинное покаяние — близнецы: было бы напрасно пытаться определить, что из них рождается первым. Точно так же, как спицы колеса движутся все одновременно вместе с колесом, так и все признаки новой жизни вступают в действие, когда Дух Святой производит возрождение.

И все же я снова подчеркиваю, что в человеке должно произойти истинное покаяние. Грешник не может смотреть на Спасителя с сухими глазами и каменным сердцем. Поэтому задайтесь целью, чтобы произошло сокрушение сердца, осуждение совести, отвращение мышления от греха, и не успокаивайтесь до тех пор, пока весь разум глубоко и во всей полноте не изменит свое отношение ко греху.

Еще одно доказательство того, что душа приобретена для Христа, будет видно в подлинной перемене образа жизни. Если человек не живет иначе, чем он жил до этого, — и дома, и в обществе, — то его покаяние достойно сожаления, а его обращение — фикция. Должны измениться не только поступки и речь, но также дух и характер человека. «Но, — скажет кто-нибудь, — ведь благодать часто делает прививку и к дикому дереву!» Да, я знаю это; но каковы плоды после этой прививки? Плоды будут такие, какова привитая ветвь, а не такие, которые приносит исходный ствол.

«Но, — скажет еще кто-нибудь, — у меня жуткий характер, и он неожиданно берет надо мною верх. Потом, когда мой гнев проходит, я чувствую себя очень виноватым. И хотя я не могу держать себя в руках, я вполне уверен, что я — христианин!» Не слишком торопись, мой друг, иначе я отвечу, что я точно так же уверен в противоположном. Какая польза от того, что ты быстро остываешь, если за две или три секунды ты довел до кипения все вокруг себя? Если какой-нибудь человек в гневе нанесет мне ушиб, то моя рана не исцелится от того, что я увижу, как он сожалеет о своем безумном поступке. Вспыльчивый характер должен быть побежден, и весь человек должен обновиться, иначе его обращение сомнительно. Мы не должны призывать нашу паству к умеренной святости и говорить, что если они достигнут этих стандартов, с ними будет все в порядке. Писание говорит: «Всякий, делающий грех, есть от диавола». Если мы находимся во власти любого известного греха, то это признак того, что мы — рабы греха, ибо «того вы и рабы, кому повинуетесь». Тщетно похваляется человек, затаивший в своем сердце любовь к какому бы то ни было греху. Он может чувствовать, как ему нравится, может считать, как считает нужным, но он все равно находится «в горькой желчи и в узах неправды» до тех пор, пока хотя бы один грех является хозяином его сердца и жизни. Подлинное возрождение вселяет ненависть ко всякому злу; если же человек находит удовольствие хотя бы в одном грехе, то такое свидетельство не оставляет оснований для надежды на то, что человек действительно возрожден. Для того чтобы лишить человека жизни, не требуется употребить дюжину ядов, вполне достаточно и одного.

Между жизнью и вероисповеданием должна быть гармония.

Быть христианином — значит отречься от греха; если же христианин не поступает так, то само его название является обманом.

Однажды к Роланду Хиллу пришел пьяный человек и сказал: «Я один из ваших новообращенных, господин Хилл». «Вполне возможно, — ответил этот проницательный и чуткий проповедник, — но ты не Господень новообращенный, иначе ты не был бы пьян!» К подобному практическому испытанию мы должны приводить всю нашу работу.

Мы должны видеть в своих новообращенных также истинную молитву. Если нет молитвы, можно быть вполне уверенными, что душа мертва. Мы не обязаны призывать людей к молитве в том смысле, как если бы это была самая наибольшая обязанность евангелиста или же единственный предписанный путь к спасению; ведь наш главный лозунг — «Веруй в Господа Иисуса Христа». Мы можем легко поставить молитву не на свое место и сделать ее своего рода делом, которое человек должен сделать, чтобы получить жизнь вечную. Я надеюсь, что вы всеми силами постараетесь этого избегать. Вера является величайшим результатом евангельской вести; но, тем не менее, мы не должны забывать, что истинная вера всегда молится, и если человек провозглашает веру в Господа Иисуса, но не взывает к Господу каждый день, мы не отваживаемся поверить в его веру и в его обращение. Доказательство, данное Святым Духом Анании, которым Он убедил его в обращении Савла, не было: «Вот, он громко выражает свою радость и чувства», но: «Вот, теперь он молится», и в этой молитве было искреннее, сокрушенное исповедание греха и мольба о прощении. Дал бы Бог, чтобы мы видели это верное доказательство во всех, кто считает себя нашими новообращенными!

Кроме этого, в новообращенном должна быть видна готовность быть послушным Господу в выполнении всех Его повелений.

Стыдно, если человек заявляет о себе, что он ученик Христа, и в то же время не желает знать волю своего Господа по тем или другим вопросам или даже уклоняется от послушания, когда знает эту волю. Как может человек быть учеником Христа, если он живет в прямом непослушании Ему?

Если новообращенный определенно и сознательно заявляет, что он знает волю Господню, но не намерен ее выполнять, вы не должны потворствовать его самонадеянности, но обязаны прямо заверить его, что он не спасен. Разве не сказал Господь, что: «кто не берет креста своего и следует за Мною, тот недостоин быть Моим учеником»? Если человек ошибается в понимании Господней воли, его можно мягко поправить, но любое сознательное непослушание является роковым, и терпимость к нему будет означать предательство по отношению к Тому, Кто послал нас. Иисуса нужно принять не только как Священника, но и как своего Царя; если же в этом вопросе наблюдается нерешительность, то основы благочестия еще не были заложены.

Вера должна быть послушна воле своего Господа Точно так же, как она доверяется Его благодати; Бог прощающий есть в то же время Бог ревнующий По Своей собственной святости.

Итак, мои братья, вы видите, что те признаки, которые доказывают, что душа спасена, ни в коем случае не являются маловажными, и нельзя легкомысленно говорить о той работе, которую надо проделать, прежде чем эти признаки проявятся. Тот, кто приводит души ко Христу, ничего не может делать без Бога.

Он должен положиться на Невидимого, чтобы не быть посмешищем у дьявола, который с полнейшим пренебрежением смотрит на всякого, кто мечтает покорить человеческую природу одними лишь словами и убеждениями. Ко всем, кто надеется преуспеть в таком труде с помощью собственных сил, мы желаем обратиться с вопросом, который Господь задал однажды Иову: «Можешь ли ты удою вытащить левиафана и веревкою схватить за язык его?

Вденешь ли кольцо в ноздри его? Проколешь ли иглою челюсть его? Станешь ли забавляться им, как птичкою, и свяжешь ли его для девочек твоих? Клади на него руку твою, и помни о борьбе: вперед не будешь. Надежда тщетна: не упадешь ли от одного взгляда его?» В зависимости от Бога — наша сила и радость. Находясь в такой зависимости, пойдем вперед и будем искать души, чтобы привести их к Нему.

Хочу сказать, что по ходу нашего служения мы встретим много неудач в деле приведения душ ко Христу. Есть много таких птиц, о которых я думал, что я их поймал; я даже смог насыпать соли на их хвост, но, в конце концов, они улетели. Я помню одного человека, которого я назову Фома Беспечный. Он наводил ужас на деревню, в которой жил. В той местности часто случались пожары, и большинство людей думали, что он был их виновником.

Иногда у него случались запои на две-три недели, и тогда он бушевал и свирепствовал, как сумасшедший. Этот человек пришел послушать мою проповедь. Я помню, какая была сенсация, когда он зашел в помещение маленькой церкви. Он сел на скамью и буквально влюбился в меня. Я подумал, что в тот день он покаялся впервые, но он сказал, что уже был обращенным. Очевидно, он действительно пережил истинное покаяние, и внешне совершенно изменил свой характер, перестал пить и сквернословить, и во многих отношениях был примерным человеком. Помню, я видел, как он тянул баржу с приблизительно сотней людей на борту, которых он пригласил на мою проповедь; он гордился своей работой, и пел так же радостно и счастливо, как и любой из них.

Если кто-нибудь говорил что-то против Господа, он, не медля, бил его кулаком. Уезжая из того места, я опасался, что в этом человеке благодать еще не произвела свою работу; это был человек типа дикого краснокожего индейца. Я слыхивал о нем, что он мог поймать в поле птичку, распотрошить и съесть ее в сыром виде. Такие поступки христианину не к лицу, это совсем не то, «что любезно и достославно». После того, как я покинул эту местность, я спрашивал об этом человеке, и не слышал о нем ничего хорошего. Тот дух, который держал его в хорошем внешнем состоянии, ушел, и он стал хуже, чем до этого, если это вообще возможно. Теперь его не могло затронуть никакое средство. Та работа, которую сделал я, не могла противостоять пожару, она не могла вынести даже обычного искушения после того, как человек, оказывавший на него влияние, ушел прочь. Когда вы уходите из деревни или города, где проповедовали, очень вероятно, что кто-нибудь из тех, кто начинал хорошо, вернется к старому. Они питали к вам хорошие чувства, и ваши слова оказывали на них своего рода гипнотическое влияние, но когда вы ушли, пес возвращается на свою блевотину, и чисто вымытая свинья идет валяться в грязи. Не слишком спешите вести подсчет этим предполагаемым новообращенным; не принимайте их в церковь слишком скоро; не очень радуйтесь их рвению, если оно не сопровождается в нужной мере мягкостью и деликатностью, говорящей о том, что Святой Дух действительно поработал над их душами.

Я вспоминаю еще один случай совсем другого рода. Назову эту личность госпожа Мария Неглубокая. Она была молодой особой, не отличавшейся большим умом, но поскольку жила в одном доме с несколькими молодыми девушками христианками, она тоже заявила, что была обращенной. Я подумал было, что пора бы ее уже принимать в церковь, но потом рассудил прежде немного испытать. Спустя короткое время, она оставила своих подруг на том месте, где жила, и переехала в такое место, где у нее не было никого, кто мог бы помочь; и я не слышал о ней с тех пор ничего, кроме того, что она проводила все свое время в красивых нарядах, какие только она могла себе позволить, а также в общении с молодыми людьми. Она представляет собой тип людей, у которых не слишком много ума в голове, и если благодать Божья не заполнит эту пустоту, они очень скоро возвращаются назад, в мир.

Я был знаком с некоторыми людьми, похожими на одного молодого человека, которого я назову Умный Чарли, — они необыкновенно умны в чем угодно и где угодно, они умны также в подделке религии, которую берутся исповедовать. Они играют свою роль очень гладко; они пробуют проповедовать, и у них это хорошо выходит. За что бы они ни брались, у них все получается без подготовки, для них это так же легко, как поцеловать собственную руку. Не торопитесь принимать таких людей в церковь; они отличаются тем, что не испытали чувства унижения из-за своего греха; у них нет сокрушенного сердца, нет ощущения божественной благодати. Они кричат: «У нас все в порядке!» — и затем уходят прочь; и вы убедитесь, что они никогда не вознаградят вас за ваши труды и переживания. Они могут использовать язык детей Божиих, даже лучших из Его святых, они даже могут рассказывать о своих сомнениях и страхах, но этих «глубоких» переживаний хватает на пять минут. Они выглядят умнее, чем надо, и если попадут в церковь, могут натворить много беды, поэтому держите их подальше от церкви, насколько можете.

Я вспоминаю одного, который был очень святым в своих речах, назову его Иван Краснобай. О, как ловко он мог лицемерить, входил в среду наших молодых людей и затем заводил их в разного рода грехи и преступления, и при всем этом любил встречаться со мной и затевать получасовую духовную беседу! Этот негодный человек жил в открытом грехе, и в то же время участвовал в Вечере Господней, внедрялся в наши общественные дела и старался быть ведущим во всяком добром деле! Братья, будьте бдительны! Такие люди могут прийти к вам с деньгами в руках, наподобие той рыбы с монетой во рту, которую поймал Петр, они могут быть столь полезными в работе! Они говорят так мягко, и у них такие хорошие манеры! Да, я считаю, что Иуда был человеком именно такого сорта: он был очень умным и обманывал тех, кто его окружал. Мы должны иметь в виду, что таких людей ни в коем случае нельзя допускать в церковь, и всеми доступными средствами держать их извне. Может быть, в конце собрания вы мысленно говорите: «Какой прекрасный улов рыбы!» Но погодите минутку. Вспомните слова Спасителя: «Еще подобно Царство Небесное неводу, закинутому в море и захватившему рыб всякого рода, который, когда наполнился, вытащили на берег и, сев, хорошее собрали в сосуды, а худое выбросили вон». Не подсчитывайте вашу рыбу, пока вы ее не пожарите; не подсчитывайте ваших новообращенных, пока вы их не проверите и не испытаете. Это может несколько замедлить вашу работу, но зато впоследствии вы будете в ней уверены. Делайте свое дело выдержанно и основательно, чтобы тот, кто будет совершать служение после вас, не сказал, что ему пришлось пережить хлопот намного больше, чтобы очистить церковь от тех, кого не следовало допускать, чем вам, чтобы допустить их. Если Бог наделит вас способностью положить в Его духовный храм три тысячи кирпичей за один день, вы можете делать это; но до сего дня лишь Петр был столь хорошим каменщиком. Не раскрашивайте деревянную стенку под кирпич; пусть все ваше здание будет истинным, прочным и надежным. Пусть вся ваша постройка для Бога будет такая, как у апостола Павла: «Я, по данной мне от Бога благодати, как мудрый строитель, положил основание, а другой строит на [нем]; но каждый смотри, как строит. Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос. Строит ли кто на этом основании из золота, серебра, драгоценных камней, дерева, сена, соломы, — каждого дело обнаружится; ибо день покажет, потому что в огне открывается, и огонь испытает дело каждого, каково оно есть. У кого дело, которое он строил, устоит, тот получит награду. А у кого дело сгорит, тот потерпит урон; впрочем, сам спасется, но так, как бы из огня».
Качества проповедника, которые желает видеть Бог

Наше главное занятие, братья, — приобретать души. Кузнец, подковывающий лошадей, может знать о многом, но его прямая обязанность — знать о лошадях и о том, как их подковывать. Так и мы можем знать о многом, но наша прямая обязанность — знать о душах и о том, как привести их к Богу. Часть моей сегодняшней темы, под заголовком: КАЧЕСТВА, КОТОРЫЕ ЖЕЛАЕТ ВИДЕТЬ БОГ, имеет отношение к тем качествам, которые должны быть проявлены по отношению к Богу. Я буду говорить об этом, может быть, несколько упрощенно, прибегая к вашему здравому смыслу; вы же рассудите сами, какими должны быть те качества, которые Бог естественно желает видеть в Своих слугах, какие качества Он наверняка одобрит и вероятнее всего будет использовать. Вы, должно быть, знаете, что всякий работник, если он разумный, пользуется тем инструментом, который наиболее подходит для выполнения поставленной задачи. Есть некоторые музыканты, которые не могут играть ни на какой другой скрипке, кроме как на своей; есть также художники, которые не могут рисовать никакой другой кистью и пользоваться иной палитрой, кроме своей; и конечно же, великий Бог, самый сильный из всех работников, совершая великое искусство спасения душ, любит пользоваться Своими особыми инструментами. В старом творении Он не употреблял никакие иные, но только Свои собственные инструменты: Он сказал, — и совершилось; и в новом творении действующей силой остается Его могущественное Слово. Он говорит через служение Своих слуг, и поэтому они должны быть подготовленными трубами, чтобы Он мог провозглашать, пригодными инструментами для того, чтобы передать Его Слово в уши и сердца людей. Судите сами, братья мои, может ли Бог употребить вас; вообразите себя на Его месте и подумайте, какими должны быть те люди, которых вы вероятнее всего употребили бы, будучи на месте Всевышнего Бога.

Я уверен, вы скажете, прежде всего, что человек, приводящий души ко Христу, должен быть святым по своему характеру. Увы, как мало среди пытающихся проповедовать тех, кто задумывается об этом всерьез! Если бы они задумались, то были бы сразу же поражены мыслью, что Предвечный не станет употреблять грязные инструменты для Своей работы. Ни один умный человек не станет разливать свое вино в грязные бутылки; никакие хорошие и добрые родители не позволят своим детям смотреть аморальные спектакли; и Бог также не станет работать с инструментами, которые могут скомпрометировать Его характер. Давайте предположим, что Бог станет употреблять людей, которые умны, независимо от их характера и поведения; предположим также, что можно преуспеть в деле Божием с помощью крючкотворства и неправды; — тогда даже мирскому человеку, имеющему совесть, стало бы стыдно за такое положение дел, не правда ли? Но, братья, на самом деле это не так. В наши дни многие говорят, что театр — великая школа нравственности. Странная, должно быть, эта школа, если учителя в ней не усваивают собственные же уроки. В Божьей школе учителя должны быть мастерами в искусстве святости. Если мы учим устами одному, а жизнью — другому, то те, кто нас слушает, скажут: «Врач, исцели самого себя! Ты говоришь: «Покайся», — но где твое собственное покаяние? Ты говоришь: «Служи Богу и будь послушен Его воле», — а служишь ли Ему ты сам? Послушен ли ты Его воле?» Несвятое служение будет посмешищем для мира и бесславием для Бога. «Очистите себя, носящие сосуды Господни». Он будет говорить даже через неразумного, если тот будет святым человеком. Конечно же, я не имею в виду, что Бог избирает в качестве Своих служителей глупцов; но если человек действительно святой, то пусть у него будут даже самые скромные дарования, он все же будет более пригодным инструментом в Божьих руках, чем человек гигантских способностей, но непослушный божественной воле, нечистый и несвятой в глазах Всемогущего Господа Бога.

Дорогие братья, я умоляю вас, чтобы вы придавали наивысшее значение вашей личной святости. Живите для Бога. Если не будете жить для Бога, Господь не будет с вами. Он скажет о вас, как о лжепророках в древние дни: «Я не посылал их и не повелевал им, и они никакой пользы не приносят народу сему, говорит Господь». Вы можете говорить очень красивые проповеди, но если сами не являетесь святыми людьми, души не будут спасаться.

Очень возможно, вы не поймете, что причина вашей неудачи — недостаток святости; вы будете винить людей, вы будете ссылаться на время, в которое живете, вы будете сваливать вину на что угодно, кроме самих себя, но корень всех зол будет находиться именно в вас. Да разве мне и самому не известны люди весьма способные и усердные, у которых в течение многих лет нет никакого прироста в церкви? Причина в том, что они не живут перед Богом так, как должны жить. Иногда зло находится в семье служителя: его сыновья и дочери непокорны Богу, среди детей позволительно сквернословие, а его увещания похожи на мягкие вопросы, которые задавал Илий своим нечестивым сыновьям: «Для чего вы делаете такие дела?» Иногда служитель любит мир, жаден на наживу, небрежен к своей работе. Это не согласуется с Божьим замыслом, и Он не благословит такого человека. Когда я однажды слушал Георга Мюллера, то его проповедь была похожа на обыкновенную речь, которую мог бы сказать любой учитель воскресной школы, но я никогда не слышал проповеди, которая принесла бы мне больше добра и всесторонней пользы, чем эта. И человек, который сделал эту проповедь столь богатой, был Георг Мюллер. В определенном смысле, в ней не было Георга Мюллера, потому что он проповедовал Господа Иисуса Христа. Сам же Мюллер был лишь свидетелем истины, но таким свидетелем, слушая которого вы невольно скажете: «Этот человек проповедует не только то, во что верит, но также и то, как он живет». Казалось, что с каждым произнесенном словом его славная жизнь веры проникала в мои уши и сердце. Для меня было большим наслаждением сидеть и слушать его; но если говорить о новизне или силе мысли, то во всей проповеди не было и следа ничего подобного.

Силой проповедника была его святость, и можно быть абсолютно уверенными, что если мы желаем получить Божье благословение, мы должны находить свою силу в том же направлении.

Такого рода святость проявляет себя в общении с Богом. Если человек говорит свою собственную проповедь, то она будет иметь ту силу, которую ей придает характер самого человека; но если он говорит проповедь своего Господа, которую он услышал из Его уст, — тогда дело будет совсем другого рода. Если же он воспримет кое-что от духа Господнего, когда Он глядит на него и передает ему слово, да еще сможет передать выражение Его лица и тон Его голоса, то тогда дело будет абсолютно иного рода. Прочитайте мемуары Мак-Чина, прочитайте их полностью, я не могу оказать вам лучшую услугу, чем посоветовать прочесть их; вы не найдете в них слишком оригинальных или ошеломляющих мыслей, но если вы прочтете их, то обязательно получите пользу, ибо вы поймете, что это история жизни человека, который ходил с Богом. Муди никогда не смог бы проповедовать в той силе, которая ему была присуща, если бы он не жил в общении с Отцом и Сыном Его, Иисусом Христом. Наибольшая сила проповеди заключается в том, что было сделано до проповеди. Вы должны подготовиться ко всему служению в личном общении с Богом и в подлинной святости характера.

Вы все согласитесь с тем, что человек, которого употребляет Бог для приобретения душ, должен иметь в себе духовную жизнь весьма высокого уровня. Видите ли, братья, наша задача заключается в том, чтобы по милости Божьей передавать жизнь другим.

Здесь хорошим примером будет Елисей, когда Он распростерся над мертвым телом отрока и затем вернул его к жизни. Жезл пророка не подходил для этой цели, потому что в нем не было жизни: жизнь должна передаваться через живого посредника, и тот, через которого жизнь передается, должен иметь в себе ее избыток.

Вы помните слова Христа: «Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой», то есть Дух Святой, Который обитает в живом чаде Божьем, впоследствии выливается из глубины его сердца, как фонтан или река, так что и другие могут приходить и испытывать на себе благодатное влияние Духа. Я думаю, что ни один из вас не желал бы быть мертвым служителем. Бог не станет употреблять мертвый инструмент для совершения живых чудес, Ему нужны живые люди, притом живые вполне. Есть много тех, которые живы, но не вполне. Я помню, как однажды видел полотно, на котором было изображено воскресение мертвых; это была одна из самых странных картин, которые мне доводилось видеть. Художник попытался изобразить момент, когда воскресение произошло только наполовину: некоторые ожили только по пояс, у некоторых ожила только одна рука, а у других была жива только часть головы. Такое вполне возможно и в наши дни. Есть люди, которые живы только наполовину: у них живые челюсти, но неживое сердце; а у других — живое сердце, но неживой разум; у третьих живые глаза, которые могут видеть довольно ясно, но у них неживые сердца, они могут дать хорошее описание того, что видят, но в них нет теплоты и любви. Есть некоторые служители, которые наполовину ангелы, а наполовину — скажем так — жалкие черви. Мы знаем немало таких примеров ужасного противоречия. Нет ли подобных людей среди моих слушателей? Они проповедуют хорошо, и, послушав их, вы скажете: «Это хороший человек». Вам кажется, что он хороший человек, и вот вы узнали, что этот человек собирается посетить такое-то место для беседы, и вы тоже идете на это место, чтобы услышать из его уст слова благодати; но вместо этого вы слышите нечто странное. Этот человек был ангелом на кафедре, но теперь превратился в жалкого червя. Случай частый, хотя такого не должно быть никогда. Если мы желаем быть истинными свидетелями о Боге, нам надо быть всегда ангелами, но ни в коем случае не червями. Да избавит нас Бог от подобного состояния полусмерти! Мы должны быть наполнены жизнью от темени головы до подошвы ноги! Я знаю некоторых служителей такого рода; пообщавшись с ними, невозможно не почувствовать силу духовной жизни, которой они наполнены. Говорят ли они на духовные темы или просто об обыденных вещах — вы все равно чувствуете, что в этих людях есть нечто такое, что свидетельствует об их полноценной жизни для Бога. Таких людей Бог может употребить для духовного пробуждения других.

Предположим теперь, что вы стали на место Бога и думаете, кого бы вам употребить для дела, — разве не выбрали бы вы человека со смиренным духом? Разве стали бы вы брать себе в слуги человека гордого? Конечно же, великий Бог питает особую благосклонность к тем, кто смирен духом. «Ибо так говорит Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, — Святый имя Его: Я живу на высоте [небес] и во святилище, и также с сокрушенными и смиренными духом, чтобы оживлять дух смиренных и оживлять сердца сокрушенных». Он ненавидит гордых, и всякий раз, видя высоких и великих, Он проходит мимо них; но, видя смиренных и сокрушенных, Он с радостью поднимает их. Особенно Он любит видеть смирение среди Своих служителей. Гордый служитель — ужасное зрелище. Мало что может обрадовать дьявола так сильно, как гордость, когда он обходит этот мир. Гордость — это нечто такое, в чем он находит удовольствие, говоря сам в себе: «Ну вот, здесь уже все готово для великого падения в ближайшее время!» Некоторые служители показывают гордость в манере проповеди; невозможно забыть, с каким ударением они читают текст: «Это Я, не бойтесь». Другие проявляют ее в своем внешнем виде, в глупой и тщеславной манере одеваться; еще другие — в своих разговорах, когда они постоянно подчеркивают недостатки других и превозносят собственные необыкновенные достоинства. Есть два сорта гордецов, и иногда трудно сказать, который из них хуже.

Есть, прежде всего, сорт людей, исполненных тщеславия, которые все время говорят о себе и желают, чтобы о них говорили другие, чтобы гладили их по головке и приглаживали перышки.

Таким людям достаточно проглотить маленький кусочек своего «я», чтобы они были довольны и ходили с важным видом, приговаривая: «Хвалите меня, хвалите меня, хвалите меня, я этого хочу!» Они похожи на маленьких детей, которые говорят друг другу: «Посмотри-ка на мое новое платье, правда же, оно хорошее?» Может быть, вам доводилось встречать столь славных ребят? Я лично видел много подобных людей. Другой вид гордецов слишком важен, чтобы заниматься такими мелочами. Они не заботятся об этом; они относятся к людям с таким презрением, что не снисходят до того, чтобы слышать от них похвалу в свой адрес. Они довольны собой настолько, что не могут унизиться, чтобы выслушать, что думают о них другие люди. Я иногда думаю, что в духовном смысле этот вид гордости более опасен, хотя и более уважаем со стороны людей. Ведь многим кажется, что есть что-то благородное в том, чтобы гордиться своей гордостью. Что ж, если такие великие ослы вдруг закричат в вашу сторону, не будьте сами ослами настолько, чтобы их замечать. Ну, а первый упомянутый нами гордец со своей мелкой душой говорит: «Да, если меня все хвалят, значит, я чего-то да стою!» И вот, он расставляет свои мышеловки, чтобы поймать мышат похвалы и зажарить их себе на завтрак. Да, у него хороший аппетит на такие вещи! Братья, избавляйтесь от обоих видов гордости, если замечаете в себе хоть что-то похожее. Гордость карлика и гордость великана — обе мерзость в глазах Господних. Не будем забывать, что мы ученики Того, Кто сказал: «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем».

Смирение не значит, что вы должны иметь о себе плохое мнение. Если у человека плохое мнение о самом себе, то весьма вероятно, что он прав в своей самооценке. Я знаю некоторых людей, мнение которых о самих себе действительно очень низкое, если судить по их собственным словам. Они настолько мало уверены в своих силах, что не решаются сделать ничего доброго, объясняя это тем, что они не надеются на свои собственные силы. Я знал некоторых людей, которые так удивительно скромны, что стараются занять для себя самое легкое место. Они слишком скромны, чтобы сделать что-либо такое, за что их будут ругать; они называют это смирением, а я считаю, что к такому поведению лучше подойдет название «греховная любовь к легкой жизни». Истинное смирение заставит вас думать о себе правильно, так, как есть на самом деле.

В деле приобретения душ смирение заставляет нас осознавать, что мы ничто и никто, и если Бог дает нам успех в работе, мы будем воздавать Ему всю славу, ибо она нам абсолютно не принадлежит. Если же успех отсутствует, смирение поможет нам винить свои собственные недостатки и слабости, а не Божье владычество. Может ли Бог послать нам благословение для того, чтобы затем мы хвалили самих себя? Слава за спасение душ принадлежит Ему одному. Так зачем же пытаться украсть эту славу? А ведь вы знаете, как много есть тех, кто посягает на такое воровство. «Когда я проповедовал на таком-то месте, пятнадцать человек пришли побеседовать со мной после богослужения и благодарили меня за мою проповедь». — «Отправляйся прочь со своей «благословенной» проповедью — сказал бы я этому проповеднику, — ибо ты действительно заслуживаешь осуждения, если приписываешь себе славу, которая принадлежит одному Богу!» Вы знаете историю о молодом принце, который пришел в комнату, где лежал с закрытыми глазами его умирающий отец и надел на свою голову царскую корону, чтобы посмотреть, как она ему подходит. Царь, который наблюдал за ним, сказал: «Погоди немного, мой сын, погоди, пока я умру». Так и вы, когда почувствуете малейшее побуждение надеть на свою голову славную царскую корону, представьте себе, что вы слышите голос Бога, говорящего: «Погоди, пока Я умру, и тогда наденешь Мою корону». А поскольку такое никогда не случится, лучше оставьте эту корону в покое, и пусть ее носит Тот, Кому она принадлежит по праву.

На наших устах всегда должен звучать псалом: «Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу, ради милости Твоей, ради истины Твоей».

Некоторые братья, у которых не хватило смирения, оставили свое служение, потому что Господь не может употреблять тех, кто не воздает Ему всю славу. Смирение — одно из важнейших качеств, необходимое для того, чтобы быть в Божьем употреблении. Многие были вычеркнуты из списка людей, приносящих пользу, из-за того, что они возвысились в гордости и таким образом попали в сети дьявольские. Может быть, вы думаете, что вы всего лишь бедные студенты, и потому у вас нет опасности впасть в этот грех. Но вполне возможно, что именно по этой причине у некоторых из вас такая опасность будет еще больше, если Бог благословит вас и поставит на видное место. Человек, который вырос и провел всю свою жизнь в хороших кругах общества, не чувствует больших перемен, когда занимает то положение, которое для других было бы большим возвышением. Я все время думаю, что в судьбе некоторых братьев, которых я мог бы назвать по имени, произошла большая ошибка. Они только успели обратиться, как их тут же оторвали от прежних мирских друзей и поставили перед народом в качестве популярных проповедников. К большому сожалению, многие сделали из них маленьких князьков, и таким образом подготовили почву для их падения, ибо такие резкие перемены не под силу для новообращенных. Лучше было бы, если бы в них бросали камни и оскорбляли в течение лет десяти или двадцати; тогда, может быть, они были бы избавлены от столь печальных последствий. Я лично очень благодарен за то обращение, которое испытывал от разных людей в ранние годы своего служения. Всякий раз, как только я пытался сделать хоть что-то хорошее, они травили меня, как свора гончих. Я не мог спокойно присесть и похвалиться тем, что я сделал, потому что они свирепствовали и рычали на меня, не давая мне передышки.

Но если бы меня вот так сразу, без всякой подготовки, взяли и поставили на мое нынешнее место, то, по всей вероятности, я пал бы духовно так же быстро, как и поднялся. Когда вы закончите Колледж и начнете служение, то хорошо было бы, если бы с вами обращались так же, как и со мной. Когда ваше служение принесет вам большой успех, у вас может закружиться голова, если Бог не допустит вам пережить те или другие страдания. И если у вас появится искушение сказать: «Это ли не величественный Вавилон, который я построил?» — тут же вспомните о Навуходоносоре, как «отлучен он был от людей, ел траву, как вол, и орошалось тело его росою небесною, так что волосы у него выросли, как у льва, и ногти у него — как у птицы». У Бога было много способов, чтобы унизить гордость Навуходоносора, Он так же легко может смирить и вас, если вы будете о себе высокого мнения. Эта потребность проповедника в глубоком смирении не требует доказательств; для всякого очевидно с первого взгляда, что Бог не станет благословлять человека, если у него нет истинного смирения.

Следующим существенным и жизненно важным качеством, необходимым для успеха в деле Господнем, является живая вера.

Вы знаете, братья, что Господь Иисус Христос не мог сотворить многих великих дел в Своем отечестве из-за неверия людей. Одинаково верно и то, что Бог не может совершить многих великих дел через некоторых из-за их неверия. Если вы не верите, Бог не сможет вас употребить. «По вере вашей да будет вам» — это один из неизменных законов Его Царства. «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно, и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас». Но если приходится задавать вопрос: «Где вера ваша?» — тогда не только гора, но даже жалкая сикомора не сдвинется со своего места.

Братья, у вас должна быть вера в свое призвание к служению.

Без всяких сомнений вы должны верить, что действительно призваны Богом быть служителями Евангелия Христова. Если вы твердо верите, что Бог призвал вас на проповедь Евангелия, тогда вы будете проповедовать смело и уверенно. Вы будете чувствовать, что заняты своим делом, потому что имеете право делать это дело. Если же вы считаете, что занимаетесь, может быть, не своим делом, тогда у вас ничего не будет получаться, и из вас выйдет лишь жалкий, хромающий, неуверенный в себе и полу извиняющийся проповедник, которого никто не будет воспринимать всерьез. Лучше не начинать проповедовать до тех пор, пока вы не будете вполне уверены, что Бог призвал вас к этому труду. Один человек как-то написал мне письмо с вопросом, должен ли он проповедовать или нет. Конечно, я не знаю, как отвечать на все вопросы, но я всегда стараюсь дать мудрый ответ, насколько это возможно. Итак, я написал этому человеку следующее: «Дорогой друг, если Господь открыл твои уста, то дьявол не сможет закрыть их, но если дьявол открыл твои уста, то да закроет их Господь!» Спустя шесть месяцев я встретил этого человека, и он поблагодарил меня за письмо, которое, по его словам, очень ободрило его начать проповедовать. Я спросил: «Как же это случилось?» Он ответил: «Вы сказали: «Если Господь открыл твои уста, то дьявол не сможет их закрыть». Я ответил: «Да, это действительно мои слова, но там была и другая сторона вопроса». Он тут же возразил: «О, эта сторона дела меня не касается». Мы всегда можем найти такие приметы, которые подтвердят наши собственные мысли, если мы знаем, как их правильно истолковать. Если у вас есть истинная вера в свое призвание к служению, то вы вместе с Лютером будете готовы проповедовать Евангелие, даже находясь в пасти левиафана между его огромными зубами.

Вы должны быть уверены, что слово, которое вы будете говорить, есть Слово Божье. Я бы пожелал вам, чтобы вы лучше были твердо уверены в полудюжине истин, чем слабо — в сотне. Если ваша рука не настолько велика, чтобы держать много, держите крепко то, что сможете удержать. Может быть, иной раз было бы хорошо последовать примеру мальчика из древней басни. Когда он запустил руку в кувшин с узким горлышком и захотел взять горсть орехов, то не мог вытащить руку, но когда он выпустил половину из них, то смог вытащить часть орехов. Так должны поступать и мы. Мы не можем держать в руке все сразу, наша рука не настолько велика, но если мы имеем что-то в руке, то будем держать крепко и уверено. Имейте твердое убеждение в том, во что вы верите, иначе вы никогда не сможете убедить в этом других. Если вы будете говорить в таком духе: «Я думаю, что это истина, и, как молодой человек, я прошу, чтобы вы выслушали меня снисходительно, то, что я буду говорить, всего лишь предположение», и т.д., — если таков стиль вашей проповеди, то я скажу вам, что это — вернейший способ умножать сомневающихся.

Я хотел бы, чтобы вы говорили так: «Хотя я и молод, но то, что буду говорить, я взял не от себя, а от Бога, Слово Божье говорит так-то и так-то. Вот так написано, и вы должны верить тому, что говорит Бог, иначе погибнете». Тогда люди, слушающие вас, скажут: «Этот молодой человек действительно во что-то верит», — и очень возможно, что некоторые из них тоже придут к вере. Бог употребляет веру своих служителей, чтобы породить веру в других людях. Вы можете быть уверены, что души не спасаются через сомневающегося служителя, и если вы проповедуете свои сомнения и вопросы, то душа вряд ли решится прийти ко Христу.

Вы должны иметь твердую веру в Слово Божье, если желаете завоевать души тех, кто его слышит.

Вы должны также верить в спасающую силу евангельской вести. Может быть, вы слышали историю об одном из наших первых студентов, который пришел ко мне и сказал: «Я проповедую уже несколько месяцев, и за это время не было ни одного обращения». Я спросил его: «А ты рассчитываешь на то, что Господь благословит тебя и будет спасать души всякий раз, когда ты открываешь уста?» «Нет, сэр», — ответил он. «Так вот, — сказал я, — потому-то у тебя души и не спасаются. Если бы ты верил, Господь послал бы тебе благословения». Я очень хорошо поймал его на слове; но многие другие ответили бы мне точно так же, как и он. Они робко верят, что, возможно, каким-нибудь странным, таинственным способом Бог может через сотню проповедей спасти четвертушку души. У них едва хватает веры, чтобы стоять прямо на своих собственных ногах, как могут они рассчитывать на Божье благословение? Я люблю выходить за кафедру с убеждением: «Это Божье слово, и я буду проповедовать во имя Его, оно не может возвратиться к Богу тщетным; я попросил Его благословения, и Он обещал послать; Его намерения сбудутся в любом случае — будет ли моя проповедь запахом живительным на жизнь, или запахом смертоносным на смерть для тех, кто будет слушать».

А что делать, если у вас есть такая уверенность, но души все равно не спасаются? Вы можете, например, созвать особое молитвенное собрание, чтобы расследовать, почему люди не приходят ко Христу. Вы можете собрать отдельно тех, кто серьезно ищет Бога. В любом случае, выходите к людям с радостным лицом, чтобы они видели, что вы уверены в благословении. Но в то же время дайте им знать, что вы глубоко переживаете то, что Господь пока не посылает обращения. А как в действительности обстоят дела во многих местах? Усиленные молитвы о пробуждении отсутствуют, молитвенных собраний нет, служитель не поощряет людей засвидетельствовать о действии благодати на их души.

Истинно, истинно говорю вам, что такой служитель получает награду свою; он имеет то, о чем просит, он получает то, на что рассчитывает. Господь дает ему его копейку и не более. Слово Божье повелевает: «Открой уста твои, и Я наполню их», а мы сидим тут с сомкнутыми устами, и еще ожидаем благословения.

Открой уста твои, брат, с полной уверенностью, с твердой верой, и по вере твоей будет тебе.

Это очень существенно: вы должны веровать в Бога и в Его Евангелие, если собираетесь быть завоевателями душ; можно упустить что-то другое, но веру — никогда. Правда, Бог не всегда измеряет Свою милость нашим неверием, ибо Он думает о других людях так же, как и о нас. Но если смотреть на вещи с позиции здравого смысла, то кажется очевидным, что скорее всего Бог употребит того человека, который рассчитывает на то, что Бог его употребит и совершает труд в силе этого убеждения. И когда придет успех, он не удивится, потому что он ожидал успеха. Он посеял живое семя и надеялся собрать урожай, он отпустил хлеб свой по водам и теперь рассчитывает найти его опять.

И еще одно качество: если человек желает иметь успех в своем служении и приобрести много душ, он должен отличаться горячим усердием. Разве мы не встречали некоторых братьев, чьи проповеди настолько скучны, что кажется маловероятным, чтобы они кого-нибудь затронули? Однажды я слышал, как один хороший брат просил у Господа о благословении на проповедь, которую он собирался произнести, чтобы от нее покаялись грешники. Я не желаю умалять Божье всемогущество, но я не верю, что Бог благословил его проповедь, разве что Он сделал так, чтобы слушатели не понимали того, о чем говорил проповедник. Это была одна из тех проповедей, которые я сравниваю с полированной кочергой. Как вы знаете, есть такие полированные кочерги, которые висят в гостиной для красоты, но не для употребления. И если вам вдруг понадобится помешать угли в камине, то вы наверняка попросите у хозяйки дома обыкновенную кочергу. Есть и проповеди, похожие на ту кочергу: полированные, блестящие и холодные; возможно, они имеют какое-то отношение к обитателям звезд, но никак не к людям этого мира. Какая польза от таких речей — никто не может сказать; но я точно знаю, что в них не хватит силы даже для того, чтобы убить таракана или паука; и уж тем более в них нет силы, чтобы дать жизнь мертвой душе.

Есть проповеди и такого сорта, что чем больше о них думаешь, тем меньше понимаешь, и если какой-нибудь бедный грешник придет послушать их, желая обрести спасение, то можно сказать, что проповедник скорее стоит поперек дороги, ведущей в небо, чем показывает эту дорогу.

Вы можете рассчитывать на то, что люди поймут проповедуемую вами истину лишь в том случае, если вы действительно желаете, чтобы они ее поняли; но если вы сами несерьезны, то вряд ли они вам поверят. Если кто-то постучит ко мне в полночь, и, когда я выгляну в окно, чтобы узнать, в чем дело, скажет мне спокойно и безразлично: «Там у тебя горит огонь в задней части дома», то я подумаю не об огне, а о том, чтобы кувшин воды вылить на голову этому человеку. Если ко мне подойдет человек на улице, и весело скажет: «Добрый день, сэр, вы знаете, я умираю от голода.

Я не пробовал пищи уже так давно, что не могу и припомнить, когда я ел в последний раз». Я бы ему ответил: «Дорогой приятель, кажется, ты об этом нисколько не переживаешь, и я не верю, что ты давно не ел, иначе ты не был бы к этому так безразличен».

Некоторые братья, как мне кажется, проповедуют именно в такой же манере: «Мои дорогие друзья, сегодня воскресенье, и вот, я стою здесь перед вами. Я провел всю неделю в изучении материала для проповеди, и теперь, надеюсь, вы послушаете то, о чем я хочу вам сказать. Я не знаю, есть ли в моей речи что-то такое, что касалось бы вас непосредственно, но, возможно, что-то коснется человека, живущего на луне. Настолько я понимаю, некоторые из вас рискуют попасть в такое место, о котором я не желал бы упоминать, поскольку я слышал, что это место не очень приятно даже для временного проживания. Но если вы не возражаете, то у вас есть возможность»… — и т.д. и т.п. Такими словами можно выразить суть многих проповедей. В подобных речах нет ничего, что могло бы принести кому-либо хоть какую-то пользу. И после того, как такой проповедник продолжает говорить в течение сорока пяти минут, он заканчивает свою проповедь словами: «Ну, а теперь пора расходиться по домам», и надеется, что диаконы заплатят ему за такую службу положенные деньги. Братья, я скажу вам, что так дело не пойдет. Мы пришли в этот мир не для того, чтобы таким образом тратить наше время, а также время других людей.

Я надеюсь, мы родились для чего-то лучшего, чем быть картошкой в овсяной каше, как тот проповедник, о котором я только что говорил. Невозможно себе представить, чтобы Бог послал в мир для приобретения душ человека с подобным складом ума и подобной жизненной позицией. Некоторые служители постоянно утомляются, потому что ничего не делают. Они говорят по воскресеньям пару проповедей определенного сорта и утверждают, что это такая трудная работа, что почти истощила все их жизненные силы. Они совершают иногда короткие пастырские посещения, которые состоят из чаепития и мелких сплетен, но у них нет страстной борьбы за души, их сердца и уста не кричат «Горе! Горе!», у них нет полного посвящения, нет усердия в Господнем служении. И не стоит удивляться, если Господь сметет их с дороги, если Он их срубит, чтобы не мешали другим. Господь Иисус Христос плакал над Иерусалимом, и вам надо будет плакать над грешниками, если захотите, чтобы они через вас спаслись. Братья дорогие, будьте ревностными, вкладывайте в работу всю свою душу, иначе вам будет лучше оставить работу.

Следующее качество, существенное для приобретения душ, это великая простота сердца. Я не знаю, смогу ли объяснить вам, как следует, что я имею в виду, но попытаюсь сделать это путем сравнения. Как вы знаете, есть братья, которые слишком мудры, чтобы им быть обыкновенными верующими; они знают так много, что не воспринимают ничего простого и очевидного. Их души питаются так утонченно, что не могут потреблять ничего, кроме китайских птичьих гнезд и прочих подобных деликатесов. Ни одна корова не может дать такого молока, которое удовлетворило бы их, они слишком утонченны, чтобы пить такие напитки. У них все должно быть ни с чем не сравнимым. Так вот, Бог не благословляет таких изысканных небесных модников, духовных аристократов, — нет и нет. И как только вы с ними встречаетесь, у вас возникает мысль: «Может быть, они достаточно хороши, чтобы быть слугами господина такого-то, но это не те люди, которые годятся для дела Божьего. Он вряд ли пошлет на дело таких важных джентльменов, как эти». Когда они выбирают текст, они никогда не объясняют его истинного смысла; они ходят вокруг да около, пытаясь найти что-то такое, чего Дух Святой никогда не имел в виду в данном тексте; и когда находят в нем свою «новую мысль» — ох уж как они стараются обратить на нее внимание!

«Ура! Я нашел тухлую селедку! — кричит такой проповедник. — Какое лакомство! Какой запах!» Будьте уверены, что в течение следующих шести месяцев вы только и будете слышать об этой тухлой селедке, пока какой-нибудь другой проповедник не найдет следующую тухлую селедку. Какой они поднимут шум! «Слава! Слава! Слава! Я нашел новую мысль!» Потом будет издана новая книга на эту же тему, и все эти великие люди будут ходить вокруг нее с важным фырканьем, чтобы показать, какие они глубокие мыслители и какие прекрасные люди. Но Бог не благословляет такой вид мудрости.

Говоря о простоте сердца, я имею в виду то, что человек совершает служение исключительно во славу Божию и для спасения душ, не имея никакой другой цели. Есть некоторые люди, которые готовы приобретать души и прославлять Бога, если все это возможно совместить с их личными интересами. Они с удовольствием, даже с наслаждением будут распространять Царство Христа, если это Царство Христа дает полный простор их собственным удивительным способностям. Они пойдут приобретать души, если за это люди посадят их на лошадей и провезут по улицам в знак почета. Они обязательно хотят что-то собой представлять, чтобы люди о них знали и говорили: «Какой распрекрасный человек!» Правда, они воздают славу Богу, но она похожа на выжатый апельсин, который они в первую очередь получили и использовали для самих себя. Да, я должен сказать, что люди с таким настроением есть и среди служителей, но Бог не может терпеть подобное. Бог не станет пользоваться объедками после человека; Он получает либо всю славу, либо никакой славы вообще. Если человек хочет служить самому себе, получать почет для самого себя вместо того, чтобы искать служения Богу и чести Ему Одному, тогда Господь не сможет взять такого человека в Свое употребление. Человек, которого желает употребить Бог, должен быть убежден, что все, что он ни делает, он делает во славу Божию, у него не должно быть никаких других побуждающих причин для Господнего труда. Когда люди со стороны приходят и слушают некоторых проповедников, то все, что они запоминают, это то, что увидели замечательного артиста. Но у человека Божьего совсем другой склад. Когда люди слушают его, они думают не о том, как он выглядит, или как говорит, но о той серьезной истине, которую он провозглашает. Есть проповедники, которые произносят свои речи в такой манере, что слышащие его говорят один другому: «Посмотри-ка на него: ведь он живет за счет проповеди!

Он проповедует для того, чтобы зарабатывать деньги!» По-моему было бы лучше, если бы люди говорили о проповеднике так: «Этот человек говорит в своей проповеди такое, что заставляет слушающих думать о нем как можно меньше; он высказывает крайне неприятные истины, и делает это все только для того, чтобы довести до нашего сознания Слово Господне; его единственная цель — привести нас к покаянию и вере во Христа». Именно таких людей Господь желает благословить.

Мне нравятся люди, такие, как и некоторые из вас, которым я говорил: «Вот, ты получаешь хорошую зарплату, и у тебя есть перспектива занять влиятельное положение в этом мире; если же ты бросишь свою работу и поступишь учиться в наш Колледж, то, скорее всего, ты станешь бедным баптистским пастором на всю свою жизнь»; и эти люди, глядя мне прямо в глаза, отвечали: «Я лучше буду голодать, но приобретать души, чем потрачу свою жизнь на что бы то ни было другое». Я уверен, что большинство из вас являются именно такими людьми. Вы никогда не должны одним глазом взирать на славу Божию, а другим поглядывать на жирную овцу; вы не должны искать славы Божьей, и в то же время — собственной славы и похвалы от людей. Так дело Божье не пойдет. Вы не должны проповедовать так, чтобы угодить Богу, и в то же время обеспечить свое собственное благосостояние. Надо стремиться прославлять Бога, абсолютно не думая о своих интересах. Заботы о благосостоянии могут преследовать служителя буквально по пятам, но в деле Божьем он не должен допускать даже мысли о том, чтобы повысить его за счет человекоугодничества. Имея истинную простоту сердца, он должен угождать Богу независимо от того, угодит он или не угодит людям.

И, наконец, должна быть полная самоотдача Богу в том смысле, что с этих пор вы желаете думать не своими мыслями, а Божьими, и желаете проповедовать не свои выдумки, а Божье Слово; более того, вы решились также передавать эту истину не таким способом, какой вам нравится, но какой угоден Богу. Предположим, что вы будете читать свою проповедь с листа (что, впрочем, маловероятно), и вы желаете письменно выразить только то, что будет вполне согласно с волей Божьей. Вам, возможно, понравилось красивое длинное слово, но спросите самих себя, принесет ли оно духовное благословение для ваших слушателей, и если вы сочтете, что нет, то лучше опустите это слово. Или, может быть, вам попадется цитата из поэзии, которую вы и сами не понимаете, но вам хочется включить ее в проповедь; но если задать вопрос, послужит ли она к наставлению для простых людей в вашей церкви, то вы будете обязаны выбросить эту поэзию. Если вы желаете показать людям, как хорошо вы подготовились к проповеди, тогда выбирайте словесные перлы из литературной массы; но если вы хотите представить себя всецело в руки Божьи, тогда, возможно, вам придется употреблять очень простые выражения, банальные высказывания, которые всем знакомы. И если вы чувствуете побуждение поместить их в проповедь, обязательно поместите, даже если вы выбросите красивые слова, поэзию и перлы человеческой мудрости, ибо, может быть, Господь употребит ваши простые слова евангельской проповеди для спасения какого-то бедного грешника, ищущего Спасителя.

Если вы так беспрекословно отдадите себя в распоряжение мудрости и воли Божией, то со временем в процессе служения вы иногда будете чувствовать побуждение употреблять непривычные выражения или молиться необычной молитвой, что даже вам самим покажется странным. Но вы поймете все это позже, когда кто-нибудь подойдет к вам и скажет, что он не мог понять истину до тех пор, пока вы в тот день не выразили ее таким необычным способом. Вероятнее всего, вы будете чувствовать такие побуждения тогда, когда были хорошо подготовлены к проповеди через изучение Слова Божьего и молитву. Я убеждаю вас всегда хорошо готовиться к проповеди, даже полностью записывать то, о чем собираетесь говорить, но ни в коем случае не произносите заученные речи, как попугай, потому что в таком случае вы не сможете находиться под водительством Святого Духа.

Я не сомневаюсь в том, что иногда вам захочется использовать в проповеди хорошие стихи или же цитаты из классических авторов. Вы вполне уверены, что когда люди услышат эту проповедь, они скажут, что в ней есть что-то необычное. Однако может быть и так, что Господь сочтет такую проповедь слишком хорошей, чтобы Он мог ее благословить. В ней слишком много человеческого материала, как когда-то было слишком много людей у Гедеона, и Он не мог предать мадианитян в их руки, чтобы они не хвастались перед Ним и не говорили: «Мы одержали победу собственными силами». И когда двадцать две тысячи из них были отосланы домой, Господь сказал Гедеону: «Все еще много народа», и всех их надо отослать домой, кроме трехсот лакавших, после чего Господь сказал Гедеону: «Встань, сойди в стан, Я предаю его в руки твои». Точно так Господь говорит о некоторых наших проповедях: «Я не могу употребить их ни на что доброе, они слишком велики». Может быть, Господь благословит такую проповедь, если мы выбросим из нее добрую половину. Может так случиться, что как раз в середине вашей речи к вам придет мысль: «Если я скажу это, то наш старый диакон очень рассердится на меня. А вон там сидит директор школы, и он тоже, скорее всего, будет недоволен, если я скажу это. Еще там, на балконе, сидят те, которые уверены в себе, что они избранные по благодати, и не считают нужным проповедь Евангелия — они тоже одарят меня своим многозначительным «небесным» взглядом». Братья, будьте готовы говорить все, что Бог дает вам говорить, не считаясь с последствиями и с откликами тех или других людей.

Одно из главных качеств хорошей кисти, которой пользуется великий художник — это полное подчинение себя ему, чтобы он рисовал ею то, что сочтет нужным. Арфист любит играть на каком-то одном инструменте, потому что он знает этот инструмент и, кажется, инструмент тоже знает его. Точно так, когда Бог касается Своей рукой струн вашей души, и когда все ваши душевные силы откликаются на движения Его руки, тогда вы являетесь тем инструментом, который Он может употребить. Нелегко быть в таком состоянии, когда вы с первого раза получаете то вдохновение, которое хотел вам передать Святой Дух. Если по морю плывет большой корабль, то маленькие волны не оказывают на него никакого влияния. Судно не чувствует даже волны средней величины, поскольку нижняя часть его корпуса погружена в глубину.

Но посмотрите на спокойную воду возле причала, где плавают разные щепки: стоит даже мухе сесть сверху, как они приходят в движение и начинают плясать на крошечных волнах. Будем и мы такими же подвижными под действием силы Божьей, как эти щепки на поверхности моря! Я убежден, что самоотдача — это одно из главных качеств проповедника, приобретающего души. У вас должно быть всегда наготове слово, если вы желаете быть средством для спасения даже самого неприметного человека в вашем собрании, и горе вам, если вы колеблетесь сказать это слово, горе вам, если вы боитесь, что кто-то из членов церкви упрекнет вас в чрезмерной ревности и усердии!

Все эти вышеперечисленные качества, как я считаю, хочет видеть в нас Бог, и если бы мы стали на место Всевышнего, то именно эти качества обратили бы на себя наше внимание, и заставили бы подумать о том, чтобы употребить нас для приобретения душ.

Пусть же Бог дарует нам все эти качества Христа ради! Аминь.
Качества проповедника, которые желают видеть люди

Как вы помните, братья, в предыдущей беседе я говорил о тех качествах, которые хочет видеть Бог и которые должны быть присущи человеку, желающему приобретать души. Я дал вам описание такого человека, которого Бог вероятнее всего может употребить для спасения душ. Сегодня я хочу предложить вашему вниманию беседу на тему: КАЧЕСТВА ПРОПОВЕДНИКА, КОТОРЫЕ ЖЕЛАЮТ ВИДЕТЬ ЛЮДИ.

Говоря о качествах проповедника, которые желают видеть люди, я мог бы сейчас упомянуть те же самые качества, о которых говорил раньше, ибо я считаю, что те качества, к которым благоволит Бог, найдут одобрение и у людей, с которыми имеет дело проповедник.

В мире есть много людей, которые совершенно не приспособлены для работы с душами, и позвольте мне, прежде всего, сказать, что человек невежественный не может быть ловцом душ. Тот, кто знает лишь то, что он грешник и что Христос — его Спаситель, может быть очень полезным, если свидетельствует подобным себе людям, и его обязанность — всеми силами стараться употребить для этого даже свои небольшие познания. Но в целом я не верю, что такой человек может принести много пользы в служении Богу. Если бы этот человек имел более широкое и глубокое понимание духовных вещей, если бы он был человеком образованным в высшем смысле, то есть научен Богом, он мог бы употребить свои познания на пользу для других людей. Но если он сам невежда в духовных истинах, то я не верю, что он может научить этим истинам других. Правда, в темноту духовного невежества может проливать небольшой свет даже свеча, и если человек берется учить других, то он должен иметь хоть какую-то информацию о том, чему учит. Человек, который либо почти, либо совсем невежда, даже если пытается делать что-то для спасения душ, все равно не попадет в один ряд с великими ловцами душ; он не годится даже для того, чтобы его зачислили в их список. Поэтому, братья, проверим себя, достаточно ли мы научены в истине Божьей, чтобы быть в состоянии учить других.

Считая, что все вы, к которым я сейчас обращаюсь, не являетесь невеждами, но научены лучшим образом в божественной мудрости, я хочу задать вам вопрос: какие качества должны быть проявлены у ловца душ по отношению к другим людям? Я считаю, что в нас должна быть очевидная искренность; не просто искренность, а такая искренность, которая становится очевидной с первого взгляда для всякого, кто честно стремится познать истину. Вы должны дать своим слушателям ясно понять, что сами твердо верите в те истины, которые проповедуете, иначе вы никогда не заставите их поверить в эти истины. До тех пор, пока они вполне не убедятся, что вы верите в эти истины, ваша проповедь не будет иметь силы, воздействующей на их сердца. Если так случится с вами, то ваша работа будет безрезультатной. Все, кто вас слушает, должны чувствовать, что вы занимаетесь одним из самых достойных дел и выполняете самые святые обязанности, какие только доводилось выполнять людям. Если же вы сами лишь слабо цените то Евангелие, которое проповедуете, то ваша проповедь не будет влиять мощно на слушающих вас. Однажды я слышал такой разговор об одном служителе: «Хорошо ли он проповедовал?» — «Да, говорил-то он хорошо». — «Но разве ты не получил никакой пользы от его проповеди?» — «Нет, ни капельки». — «Разве проповедь была плохая?» — «Нет, говорил-то он хорошо». — «Что ты имеешь в виду? Почему ты не получил от проповеди никакой пользы, если проповедник говорил хорошо?» — «Я не получил никакой пользы, потому что я не верю этому человеку. Он всего лишь артист, играющий свою роль. Я не верю, что он сам чувствует то, о чем проповедует, и ему все равно, чувствуем ли и верим ли мы, или нет».

Если проповедник относится к проповеди подобным образом, для слушателей не будет много проку от его проповедей, независимо от того, на какую тему он говорит. Они могут согласиться, что провозглашаемые истины прекрасны, они могут заставить себя питаться той пищей, которую им предлагают, но пользы от этого не будет, так как слушатели не могут отделить бездушного проповедника от его проповеди, которую он произносит столь небрежно. Как только проповедник доводит дело до того, что его служение становится обычным формализмом и превращается в рутину, оно превращается в игру актера. Проповедник всего лишь играет роль, как актер в театре, но не говорит от всего сердца, как человек, посланный от Бога. Я умоляю вас, братья, чтобы вы говорили от сердца, или же не говорили совсем. Если вы можете молчать, лучше молчите; но если чувствуете обязанность говорить во имя Бога, вкладывайте в проповедь все свое сердце. Если Бог не призвал вас к этому делу, то лучше вернуться к своим земным делам, то есть взвешивать масло, продавать рис и хлопок или делать что-то другое, чем разыгрывать из себя служителя Евангелия. Я считаю, что тот, кто проповедует Евангелие как артист, занимается самым отвратительным делом, поскольку он превращает служение Богу в своего рода театральное представление. Такую насмешку заслуживает диавол, а не Бог. Божественная истина слишком дорога, чтобы над ней так глумиться. Вы можете быть уверены, что как только люди заподозрят вас в неискренности, они станут слушать вас не иначе как с отвращением, и если вы дадите им повод считать, что вы не верите в то, что говорите, то тем более они никогда не поверят в проповедуемую вами истину.

Надеюсь, что не ошибусь, если предположу, что все мы абсолютно искренни в служении нашему Господу. Теперь я перейду к следующему качеству ловца душ, которое хотели бы видеть в нем люди, и это — страстная убежденность. Заповедь «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею» в первую очередь относится к тому, кто желает быть истинным служителем Господа Иисуса Христа. Тот из вас, кто желает быть ловцом душ, должен проявлять не только искренность сердца, но и глубину чувств. Можно проповедовать самые серьезные предостережения или страшные угрозы таким безразличным и равнодушным тоном, что они не затронут ни единого человека; можно повторять самые нежные призывы, не прилагая к тому сердца, и они никого не заставят ни любить, ни бояться. Я считаю, братья, что это качество страстной убежденности едва ли не важнее для ловца душ, чем любое другое. Мне приходилось видеть и слышать некоторых братьев, которые были очень плохими проповедниками, но, тем не менее, привели к Спасителю много душ благодаря силе эмоций в своих проповедях. В этих проповедях не было абсолютно ничего особенного (если не считать, что некоторые продавцы использовали их в качестве оберточного материала для масла), и все же столь слабые проповеди привели многих ко Христу. Дело было не столько в том, о чем говорил проповедник, сколько в том, как он это говорил, и это убеждало сердца слушателей. Самая простая истина доводилась до сознания с такой силой эмоций, что эффект получался поразительный. Если кто-нибудь из вас, братья, принесет мне пушечное ядро пудов на пять весом, а другой — пулю и заряженное ружье, то я сразу же соображу, какое оружие будет более эффективным. Пусть никто не пренебрегает маленькой пулей, ибо очень часто именно она поражает и грех, и грешника. Поэтому, братья, я говорю вам, что дело не в величине произносимых вами слов, а в силе, с которой они произносятся. Я слышал, как один корабль был обстрелян пушками из форта, но выстрелы не причинили никакого вреда, пока генерал не приказал раскалить ядра докрасна, и тогда судно было потоплено в течение трех минут. Точно так и ваши проповеди должны быть раскаленными; и неважно, если люди скажут, что вы слишком эмоциональны или даже слишком фанатичны, — стреляйте в них раскаленными ядрами, потому что ничто другое и наполовину не годится для выполнения поставленной цели. Мы ходим на воскресные собрания для того, чтобы бросать в людей не снежные, а огненные шары, мы должны закидать гранатами неприятельские ряды.

Тематика наших проповедей заслуживает поистине великой силы убеждений! Мы должны говорить с силой убеждения о Спасителе, о небе и об аде. Помня то, что имеем дело с бессмертными душами, а также с грехом, последствия которого простираются на всю вечность, с безграничным прощением, с ужасами и радостями, которые будут длиться во веки веков, мы должны проповедовать еще более убедительно! Если человек проповедует на такие темы без всяких эмоций, то стоит задать вопрос, есть ли у него вообще человеческое сердце? И можно ли это сердце разглядеть хотя бы под микроскопом? Если бы такого человека анатомировать, то, наверное, внутри была бы одна галька и камни или что-то в этом роде, неспособное выражать эмоции. Я надеюсь, что, поскольку Бог дал нам живое сердце из плоти, которое может чувствовать и переживать, мы сможем передать наши чувства и переживания другим.

Считая сказанное выше само собой разумеющимся, я бы назвал еще одно качество, необходимое для ловца душ, это открытая любовь к своим слушателям. Я не могу представить себе человека, который спасает души, если он плохо обращается со своими прихожанами и разговаривает с людьми в таком тоне, как будто ему ненавистен сам их вид. Похоже, что такие люди могут быть счастливы только тогда, когда изливают чашу своего гнева на тех, кто имел несчастье их выслушивать. Как-то я слышал проповедь одного брата на текст «Некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам». Он начал речь так: «Я хочу сказать, что этот человек не приходил на то место, где вы сейчас находитесь, но я знаю другого человека, который пришел на это место и попался разбойникам». Вы можете легко представить себе реакцию слушателей на подобный сарказм. Я знаю одного брата, который проповедовал на место из книги Левит 10:3 «… Аарон молчал», и один из его слушателей заметил, что разница между проповедником и Аароном была в том, что Аарон молчал, а он не молчал, но наоборот, неистовствовал перед людьми со всей своей силой.

Вы должны быть искренне доброжелательны по отношению к людям, если хотите оказать на них серьезное влияние. Ведь даже кошки и собаки любят тех людей, которые любят их, и надо сказать, что человеческие существа во многом очень похожи на этих бессловесных животных. Люди очень быстро поймут, что на кафедре находится холодный человек, один их тех, которые высечены из мраморной глыбы. В нашем Колледже учились, кажется, два таких брата, и у них нигде не пошло дело. Когда я спрашивал о причине их неудачи, ответ был один и тот же: «Он хороший человек и даже очень хороший, он проповедует хорошо и даже очень хорошо, но все-таки мы не смогли с ним ужиться». Я спросил: «Из-за чего же вы его невзлюбили?» Ответ был: «Просто никто его не мог полюбить». — «Разве он был сварливым?» — «Нет, никогда! Я , наоборот, желал бы, чтобы он с кем-нибудь поссорился». Я попытался выяснить, в чем же был его недостаток, и, наконец, кто-то сказал: «Я не знаю, как это выразить, но мне кажется, что у него совсем нет сердца; по крайней мере, он проповедует и ведет себя так, как будто его у него нет».

Очень печально, если причиной неудачи в служении является недостаток сердечности. У вас должно быть большое, огромное сердце, как гавань в Портсмуте или Плимуте, чтобы все люди в вашей церкви могли приходить и бросать в нем якорь, чувствуя, что они находятся под укрытием высокой скалы. Разве вы до сих пор не заметили, что успех служителей и ловцов душ находится в прямой зависимости от того, насколько велико их сердце? Вспомните, например, брата Брока, В нем было так много человечности, вся его внутренность была наполнена состраданием; а что хорошего может дать служитель, у которого ничего подобного нет?

Я не говорю о том, что надо поставить своей целью развитие плотских чувств, но я утверждаю, что если вы хотите приводить людей к Иисусу и если вы желаете сопровождать многих пилигримов к Небесному граду, у вас должно быть великое сердце. Я встречал некоторых братьев, которые были очень тощими и заявляли о себе, что они абсолютно святы; и я почти согласен с тем, что они не могут грешить, потому что походят на мешок с костями, обтянутый кожей, в котором не осталось ничего, что было бы в состоянии грешить. Так вот, я однажды встретился с одним таким «совершенным» братом, он был похож на засушенную водоросль, поскольку в нем не было никакой человечности. Мне всегда хочется видеть в человеке хоть какой-то след человечности, и другие люди, в общем, хотят того же; они лучше уживаются с таким человеком, у которого есть хоть что-то от человеческой природы. Человеческая природа в некоторых отношениях ужасна; но когда Господь Иисус Христос взял эту природу на Себя и соединил с ней Свою божественную природу, Он сделал из нее нечто великое, и с тех пор человеческая природа становится благородной, когда соединяется с Господом Иисусом Христом. Те люди, которые хранят себя для самих себя, подобно затворникам, и при этом полагают, что живут святой самовлюбленной жизнью, вряд ли смогут оказать какое-нибудь серьезное влияние на мир и послужить своим собратьям по человеческому роду. Надо любить людей и находиться среди них, чтобы суметь им послужить. Есть некоторые служители, которые имеют способности большие, чем у других, но, однако, они не могут совершать столько же добрых дел, сколько те, у которых больше человечности, которые сидят рядом с людьми и, насколько это возможно, чувствуют себя среди них как среди своих. Вы знаете, братья, что можно появляться на людях с таким видом, как будто вы лучше всех настолько, что народ думает о вас, как о существах, совершенно превосходящих всех остальных и более пригодных проповедовать ангелам, херувимам и серафимам, чем грешным сынам Адама. Старайтесь быть людьми среди людей. Не участвуйте в их пороках и грехах, но общайтесь с ними с искренней любовью и симпатией. Осознавая то, что вы не сможете своими силами привести их ко Христу, скажите, тем не менее, вместе с апостолом Павлом: «Ибо, будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрести: для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных; для чуждых закона — как чуждый закона, — не будучи чужд закона пред Богом, но подзаконен Христу, — чтобы приобрести чуждых закона; для немощных был как немощный, чтобы приобрести немощных. Для всех я сделался всем, чтобы спасти, по крайней мере, некоторых».

Следующее качество ловца душ, которое хотели бы видеть люди, — это полное бескорыстие. Как только о человеке узнают, что он корыстолюбив, этот человек перестанет приводить души ко Христу. Некоторые люди, кажется, насквозь пропитаны духом корыстолюбия: вы можете заметить это и дома, за столом, и в доме Божием, и везде. Когда такого рода люди попадают в церковь и бывают на собрании, их корыстолюбие быстро обнаруживается, поскольку они стремятся захватить для себя все, что только возможно, хотя баптистскому проповеднику не часто случается получать много. Я надеюсь, братья, что каждый из вас будет рад сказать: «Что до меня, то мне достаточно иметь всего лишь пропитание и одежду, и я буду вполне доволен этим». Если вы будете стараться прогонять мысль о деньгах подальше от себя, то деньги часто будут приходить к вам в двойном размере; но если вы будете хватать и забирать себе все, что только можно, то вскоре обнаружите, что деньги вообще перестанут к вам поступать.

Проповедники, проявляющие корысть в получении жалованья, обычно проявляют корысть и во всем остальном. Они не хотят, чтобы люди знали тех, кто проповедует лучше их; они не терпят, когда говорят, что в чьей-то церкви дела идут лучше, чем в их церкви. Если в другой церкви наблюдается пробуждение и спасаются души, они с ухмылкой говорят: «О, да, у них много новообращенных, но где они вскоре окажутся? Что с ними случится через несколько месяцев?» Они хвалятся намного больше тем, что приобрели одного члена за год, чем тем, что их сосед — сотню за один раз. Если люди заметят в вас подобное корыстолюбие, вы очень скоро потеряете в их глазах весь свой авторитет. Если возмечтаете о том, что вы должны стать большим человеком, и начнете пробивать себе дорогу подобным образом, то даю вам гарантию, что вы попадете в конфронтацию со всеми. Кто ты такой, мой дорогой брат, чтобы все люди падали и кланялись перед тобой с мыслью, что равного тебе нет во всем мире? Я расскажу тебе, в чем суть: чем меньше ты думаешь о себе, тем больше люди думают о тебе; и чем больше ты думаешь о себе, тем меньше думают о тебе люди. Если вы видите в себе малейшие признаки корыстолюбия, я умоляю вас, чтобы вы немедленно от него избавились, иначе никогда не станете инструментом, пригодным для приведения душ к Господу Иисусу Христу.

Далее, я убежден в том, что ловцу душ необходимо иметь святость характера. Какая польза, если мы говорим в воскресенье о «высшей жизни», а затем живем «низшей жизнью» в течение недели? Христианский служитель должен быть очень внимательным, чтобы не только не быть замешанным в плохих делах, но также чтобы не причинить соблазн для слабых овец из своего стада. Все мне позволительно, но не все полезно. Мы не должны делать ничего того, что является плохим в наших собственных глазах, но мы должны также воздерживаться от того, что само по себе не является злом, но может послужить соблазном для других.

Когда люди увидят, что мы не только проповедуем святость, но и сами являемся святыми людьми, они также будут стремиться к святой жизни под влиянием и нашего характера, и наших проповедей.

Я также считаю, что если мы желаем быть ловцами душ, в нас должны быть серьезные манеры. Некоторые братья серьезны по своей природе. Некоторое время назад один человек подслушал разговор двоих в вагоне поезда. Один из них говорит: «Да, я думаю, что католическая церковь имеет большой авторитет и пользуется успехом среди людей, потому что можно с первого взгляда определить католических священников, что они святы.

Возьмите, к примеру, кардинала NN, — он похож на скелет; из-за долгих постов и молитв он похудел так, что превратился в кожу да кости. Всякий раз, когда я с ним заговорю, я тут же чувствую святость этого человека. А посмотри на Сперджена: он ест и пьет, как обыкновенный человек, у меня нет ни малейшего желания слушать его проповеди». Его друг слушал очень внимательно, а потом довольно тихо сказал: «Разве я до сих пор не говорил тебе, что кардинал так выглядит из-за того, что у него не все в порядке с печенью? Я не думаю, что это благодать сделала его таким худым, это все из-за печени». Итак, есть некоторые братья, у которых наблюдается естественная предрасположенность к меланхолии, и у них всегда очень серьезный вид; но это вовсе не знак присутствия благодати, но всего лишь признак того, что у них печень не в порядке. Они никогда не смеются, поскольку считают, что это нехорошо; и их существование на белом свете лишь увеличивает людское несчастье, которого и так предостаточно без их ненужного вклада. Такие люди, наверное, думают, что их предназначение — выливать ведра холодной воды на всякое проявление человеческой радости и веселья. Поэтому, дорогие братья, если кто-нибудь из вас очень серьезен, не спешите приписывать это действию благодати, потому что причина может быть в вашей печени.

Я думаю, что большинство из нас относятся благосклонно к такому смеху, который действует, как хорошее лекарство, и нам понадобится вся наша веселость, если мы желаем утешить и поднять тех, кто унывает; но, с другой стороны, мы не приведем много душ ко Христу, если, как некоторые, будем чересчур легкомысленными. Люди скажут о нас: «Все это шутки; вы только послушайте, как эти молодые люди острят на религиозные темы; одно дело слушать, как они говорят с кафедры, и совершенно другое дело — слушать их, когда они сидят за обеденным столом». Я слышал рассказ об одном умирающем человеке, который позвал служителя для беседы с ним. Когда служитель пришел, умирающий сказал ему: «Помните ли вы молодого человека, который приходил к вам вечером несколько лет назад, когда вы собирались проповедовать?» Проповедник сказал, что не помнит. «Я помню этот случай очень хорошо, — сказал умирающий. — Разве вы не припоминаете, как вы проповедовали в такой-то деревне на такой-то текст, и после проповеди один молодой человек шел по дороге домой вместе с вами?» — «О, да, я помню это очень хорошо!» — «Так вот, это я тот молодой человек, который шел с вами домой в тот вечер; я помню вашу проповедь, и никогда ее не забуду». — «Слава Богу за это» — сказал проповедник. — «Нет, — ответил молодой человек, — вы не станете благодарить Бога, если выслушаете все до конца. Я шел с вами по дороге в деревню, но вы не очень хотели разговаривать со мной, потому что обдумывали свою проповедь; вы произвели на меня глубокое впечатление своей проповедью, и я уже подумал о том, чтобы отдать свое сердце Христу. По дороге домой я хотел поговорить с вами о своей душе. Но в этот момент вы отпустили шутку и всю дорогу говорили о серьезных вещах в столь комическом тоне, что я даже не смог выразить вам все, что чувствовал в тот момент. После этого у меня появилось полнейшее отвращение и к религии, и к тем, кто ее исповедует. А теперь я пойду в место проклятия, и моя кровь будет лежать у ваших дверей, можете быть в этом абсолютно уверены!» С такими словами он покинул этот мир. Никто из нас не пожелал бы, чтобы такое случилось с нами; поэтому берегитесь, братья, чтобы не дать для этого повода. В нашей жизни должна преобладать серьезность, иначе мы не сможем рассчитывать на то, что приведем ко Христу других.

И, наконец, если мы желаем быть в Божьем употреблении как ловцы душ, в наших сердцах должно быть достаточно много чуткости и деликатности. Мне нравится, когда человек проявляет в должной мере святую смелость, но я не желал бы видеть в нем наглость и бесстыдство. Если, например, молодой человек выйдет за кафедру и начнет извиняться за то, что не умеет как следует проповедовать, и станет просить людей потерпеть его речи; если он заявит, что если бы Господь послал его, то у него было бы что сказать слушателям, но в данный момент он чувствует себя молодым и неопытным и не может ни о чем говорить вполне уверенно, — то такая речь не может спасти даже мышь, не говоря уже о бессмертной душе. Если Господь послал тебя проповедовать Евангелие, то почему ты должен извиняться? Послы не извиняются, когда идут на прием в чужом государстве; они знают, что посланы своим государем, и они должны передать послание со всей властью своего царя и страны, которые стоят за их плечами. Не стоит также обращать внимание на вашу молодость. Вы всего лишь трубы, сделанные из бараньего рога; и не имеет значения, сняли этот рог с бараньей головы вчера или двадцать пять лет тому назад. Если Бог трубит в ваш рог, то труба будет издавать достаточно громкий звук и даже больше, чем звук; если же Бог не трубит, то останется лишь пустой звук. Когда проповедуете, говорите напрямую, но в то же время будьте деликатными, и если вы должны сказать что-то неприятное, постарайтесь выразить это в возможно мягкой форме. Некоторые наши братья должны были поставить что-то на вид одному брату, и когда они пришли к нему домой, то высказали это так неуклюже, что тот остался глубоко оскорбленным. Когда мне пришлось позже говорить с этим братом по тому же поводу, он сказал: «Если бы ты тогда пришел ко мне, то я принял бы твое обличение, потому что ты можешь выражать неприятную истину таким образом, что человек не обидится, даже если она ему не нравится». — «Да, но ведь я сказал тебе об этом так же твердо, как и те братья». — «Да, но они сказали об этом с такой недоброжелательностью, что я просто не мог принять того, о чем они говорили. И скажу тебе, брат, что мне легче, когда ты меня ругаешь, чем когда они меня хвалят!» Можно обличить так, что человек будет вам благодарен. Один может толкнуть человека вниз, но сделает это так, что он будет доволен; другой же может открыть дверь так оскорбительно, что человек не войдет в нее, пока тот стоит на дороге. Итак, если мне надо говорить какому-либо человеку трудно перевариваемую истину, необходимую для спасения его души, то я, безусловно, обязан передать эту истину верно; однако я буду стараться выразить ее так, чтобы человек не был оскорблен. И если после этого он все-таки будет оскорблен, значит так и надо; только это будет уже не оскорбление, а знак того, что мои слова затронули его совесть.

Я знаю некоторых братьев, которые проповедуют так, как будто они ведут борьбу за получение приза. В течение всей проповеди они явно вызывают кого-то подойти и затеять с ними драку, они не удовлетворятся до тех пор, пока не набросятся на кого-либо своими словами. Есть такая манера проповеди, от которой у всех уши вянут; если некоторым проповедникам позволить проповедовать на небе, то я боюсь, что и ангелы затеют драку от их речей. Я знаю нескольких служителей подобного склада. Один из этих братьев, о котором мне доподлинно известно, за свое не слишком долгое время служения успел побывать в дюжине церквей, и можно точно сказать, где именно он был, по тем развалинам, которые он оставил после себя. Он всегда находил церкви в плохом состоянии и сразу же начинал очищать их, то есть, попросту разрушать. Как правило, первым уходил ответственный диакон, затем следующий диакон, затем все ведущие семьи, и вскоре этот человек очищал церковь до такой степени, что несколько оставшихся человек уже не могли его содержать. Потом он уходил в другую церковь и процесс разрушения повторялся. Этот брат — своего рода духовный потопитель судов, который не успокоится, пока не продырявит днище какому-нибудь хорошему кораблю.

Он считает, что корабль неисправен и начинает сверлить в нем дыру за дырой, пока корабль не потонет, однако в последний момент он успевает выпрыгнуть из него и пересесть на другой корабль, который вскоре идет ко дну таким же образом. Этот брат считает, что он призван отделять драгоценное от ничтожного, и в конце концов портит все дело. Я не имею оснований считать, что у него не все в порядке с печенью, но более вероятно, что что-то не в порядке с сердцем. Этот брат болен какой-то заразной болезнью, из-за которой я всегда выхожу из себя, встречаясь с ним.

Его невозможно терпеть более чем три дня, потому что за это время он может поссориться с самым мирным на свете человеком. Я ни за что не стану рекомендовать его на пастырское служение. Пусть сам себе ищет место, если сможет, потому что куда бы он ни пошел, после него всякое место будет словно вытоптано конем из Тартара, после которого там уже не будет расти трава.

Если у вас, братья, имеется хотя бы немного этого враждебного и ожесточенного духа, пойдите к морю и избавьтесь от него. Надеюсь, что с вами произойдет что-то похожее на случай с Магометом, взятый из легенды. Эта легенда повествует, что в каждом человеке есть две черные капли греха. Даже сам великий пророк не был свободен от этой участи. Но к нему был послан ангел, который вынул сердце пророка и выжал из него эти две черные капли греха. Избавьтесь и вы от этих черных капель, пока еще находитесь в Колледже; если у вас есть злоба, недоброжелательность, вспыльчивость, — молите Господа, чтобы Он освободил вас от всего этого, пока вы еще здесь; не идите в церкви для того, чтобы затевать войну, как это делали другие.

Но кто-то из вас, братья, скажет: «Я все равно не позволю никому топтаться по мне; я возьму быка за рога!» Брат, ты будешь великим безумцем, если поступишь так. Я никогда не считал, что мое призвание — делать что-либо подобное. Почему бы не дать возможность этому быку идти туда, куда он пожелает? Ведь бык — это такая тварь, которая швырнет тебя в воздушное пространство, если ты станешь брать его за рога. «Да, — говорит другой брат, — но ведь надо же навести порядок!» Конечно, но лучший способ наведения порядка — это, прежде всего, не делать большего беспорядка. Никому ведь не придет в голову пустить быка в посудную лавку для того, чтобы почистить посуду, и точно так же ни один человек с дурным характером не исправит в церкви ничего, что в ней есть неправильного. Поэтому старайтесь всегда говорить истину с любовью, особенно когда вы обличаете грех.

Я уверен, братья, что дело приобретения душ должно совершаться людьми с таким характером, который я описал выше; причем это дело будет особенно успешным тогда, когда их помощниками являются люди с подобным же характером. Постарайтесь же создать для вашей жизни и служения такую атмосферу, которая будет пропитана этим духом, и тогда вы сможете вполне законно рассчитывать на самое полное и обильное благословение.

Будьте же вы сами и все ваши люди такими, как я здесь описал — во имя Господа Иисуса Христа! Аминь.
Какие проповеди наиболее уместны для приобретения душ

Сегодня, братья, я буду говорить о том, КАКОГО РОДА ПРОПОВЕДИ НАИБОЛЕЕ ПРИГОДНЫ ДЛЯ ПРИОБРЕТЕНИЯ ДУШ, то есть, какого рода должны быть наши речи, если мы действительно желаем, чтобы наши слушатели поверили в Господа Иисуса Христа и были спасены. Безусловно, мы согласны с тем, что только Дух Святой обращает души, и никто не может войти в Царство Небесное, если не родится свыше. Вся эта работа совершается Святым Духом, и мы не должны приписывать себе никаких результатов этой работы, ибо именно Дух Святой творит все новое и работает над человеком в соответствии с вечными намерениями Божьими.

И все же мы можем быть инструментами в Его руках, ибо Он выбирает инструменты для Своего употребления, притом выбирает их для разумных целей. Средство должно быть приспособлено для достижения цели, как это было в случае с Давидом, когда он выступил с пращей и камнем сразил Голиафа. Голиаф был рослым, но камень из пращи все же достиг его. Этот великан был вооружен и защищен, и на нем не было уязвимого места, кроме лба, так что это было именно то место, в которое требовалось попасть. И хотя у Давида была всего лишь праща, она оказалась самым уместным оружием, потому что он уже давно упражнялся в метании камней, как это обычно делало большинство мальчишек. Затем он взял гладкий камушек, потому что знал, что он подойдет к праще. Он выбрал правильный сорт камня, чтобы попасть в голову Голиафа, так что когда метнул камень из пращи, он ударил ему в лоб, поразил мозг и повалил наземь.

Вы можете убедиться, что этот принцип соответствия характерен для всякой работы Духа Святого. Так, например, когда потребовался апостол для язычников, Святой Дух выбрал Павла, человека с широким кругозором, хорошим воспитанием и высшим образованием. Он более подходил для такой работы, чем несколько ограниченный, хотя и прямолинейный Петр, который лучше годился для проповеди иудеям и принес намного больше пользы для обрезанных, чем мог бы когда-либо принести для необрезанных. Павел был незаменимым человеком на своем месте, а Петр — на своем. Из этой закономерности вы можете извлечь для себя урок и попытаться приспособить имеющиеся у вас средства для достижения поставленной вами цели. Дух Святой может обратить душу, употребив любой текст из Писания, независимо от того, как вы его пересказываете, толкуете и излагаете. Но все же, как вы знаете, есть некоторые тексты Писания, которые лучше других подходят для того, чтобы предложить их вниманию грешников. И если это верно в отношении выбора текста, то тем более верно в отношении вашей речи, обращенной к слушателям. По поводу того, какие проповеди с наибольшей вероятностью будут благословенным орудием обращения тех, кому они адресованы, я скажу следующее: Во-первых, это те проповеди, которые определенным образом нацелены на обращение слушателей. Однажды я слышал, как один служитель молился и просил Господа спасти души через проповедь, которую он собирался произнести. Я не побоюсь сказать, что Сам Бог не смог бы употребить эту проповедь для данной цели, разве что Он заставил бы слушателей не воспринимать того, что говорил проповедник, потому что вся проповедь была рассчитана скорее на то, чтобы грешники стали еще более упрямы в своем грехе, чем на то, чтобы побудить их отречься от греха и взыскать Спасителя. В этой проповеди не было ничего для благословения слушателей, разве в случае, если бы вывернуть ее наизнанку, или перевернуть вверх ногами. Я получил от этой проповеди такую пользу, как та, о которой сказала однажды добрая пожилая сестра, вынужденная слушать проповеди своего пастора. Когда ее спросили: «Почему ты ходишь на эти собрания?» она ответила: «Ну, хотя бы потому, что поблизости нет другого места, где я могла бы поклоняться Богу». «Но ведь, наверное, было бы лучше оставаться дома, чем слушать такие проповеди!» «Может быть и так, — отвечала она, — но я люблю ходить на богослужение, даже если ничего от этого не получаю. Вы видели, например, курицу, которая копошится в куче мусора, стараясь найти зернышко; она ничего не находит, зато показывает, что она ищет зерно и прилагает старания, чтобы его найти; и, кроме того, упражнение согревает ее». Таким образом, эта пожилая сестра сказала, что копание в плохой проповеди приносит благословение для нее, потому что она упражняет свои духовные способности, и таким образом согревает свой дух.

Есть проповеди такого сорта, через которые Бог не может спасать души, разве что Он сделает так, что можно будет собирать урожай пшеницы от посева снега и льда и освещать землю с помощью тумана и облаков. Можно ли говорить о пользе проповеди, если и сам проповедник не верит, что через его проповедь кто-то покается? Если бы через подобного рода проповеди покаялись сто или полдюжины человек, никто не удивился бы этому так сильно, как сам проповедник. Я расскажу вам случай, когда человек был обращен от подобного рода проповеди. В одной приходской церкви после проповеди священника один человек был глубоко обличен во грехе. Он подошел к служителю, чтобы побеседовать, но бедный священник не знал, что с ним делать. «Я очень извиняюсь, если в моей проповеди было что-то такое, что заставило вас так обеспокоиться; я совсем не хотел этого». «Да, сэр, — отвечал обеспокоенный человек, — вот вы сказали, что нам надо родиться свыше»… «О, — ответил священник — это все уже сделано через крещение». «Но, сэр, — продолжал человек, не желавший, чтобы от него так легко избавились — вы не говорили об этом в проповеди. Вы говорили о необходимости возрождения». «Ну что теперь поделаешь, я очень сожалею, что сказал что-то такое, что заставило вас встревожиться, потому что я уверен, что с вами все в порядке. Вы относитесь к людям хорошего сорта: никогда не были таким плохим человеком, как, например, браконьер, или чем-то еще в этом роде». «Может быть и так, сэр, но я чувствую себя грешником, а вы сказали, что надо стать новым творением». «Ну, хорошо, хорошо, мой милый человек, — сказал, наконец, сбитый с толку священник — я не разбираюсь в таких вещах; я и сам не был рожден свыше». Он послал спрашивающего к баптистскому служителю, и теперь этот человек тоже стал баптистским служителем, отчасти благодаря уроку, усвоенному от проповедника, который сам не понимал истину, проповедуемую им для других.

Конечно, Бог может спасти душу даже и через такую проповедь, и через такого служителя, но это маловероятно. Более вероятно, что Он в Своем безграничном всемогуществе будет действовать на том месте, где проповедник с горячим сердцем передает людям истину, которую принял сам, и при этом всей душой желает их спасения, готовый повести их и дальше по путям Господним, как только они будут спасены. Как правило, Бог не помещает Своих новорожденных детей среди тех, кто не понимает, что такое новая жизнь, и где они будут оставлены без надлежащего питания и ухода. Поэтому, братья, если вы желаете, чтобы ваши слушатели обратились, вы должны быть уверены, что ваша проповедь нацелена именно на обращение и что Бог непременно благословит вашу проповедь для достижения этой цели. Если дело обстоит именно так, тогда ожидайте, что души будут спасены, и притом в большом числе. Не удовлетворяйтесь, если спасается всего лишь одна душа. Помните, что правилом Царства Божьего является: «По вере вашей будет вам». Проповедуя вчера вечером в Скинии, я заметил, что я рад, что в Евангелии не написано «По неверию вашему будет вам». Если у нас имеется большая вера, Бог пошлет благословение согласно нашей вере. О, если бы мы совершенно избавились от неверия! Если бы мы веровали в великие дела Божьи и всем сердцем и душой проповедовали так, чтобы люди действительно обращались через наши проповеди! Если бы мы говорили слово в такой манере, чтобы наши речи послужили бы благословенным орудием для их обращения! Разумеется, при этом мы должны полностью полагаться на Святого Духа, чтобы наш труд возымел действие, ибо мы лишь инструмент в Его руках.

Однако если подойти к нашей теме чуточку поближе, то для того, чтобы люди спасались через проповедь, такая проповедь должна их заинтересовать. Сначала надо сделать что-то для того, чтобы люди пришли послушать Евангелие. В Лондоне наблюдается какая-то особенная антипатия к местам поклонения Богу, и я не слишком удивляюсь, если это справедливо в отношении многих церквей и молитвенных домов. Я полагаю, что во многих случаях простой народ не посещает подобные богослужения потому, что люди не понимают богословской фразеологии, звучащей с кафедры: это не английский, не греческий, а какой-то двусмысленный датский. И когда рабочий человек приходит послушать эти красивые слова, он говорит своей жене: «Я больше не пойду туда, моя милая; там ничего нет ни для меня, ни для тебя; может быть, там есть что-то для господ, закончивших колледж, но нет ничего для таких людей, как мы». Нет, мои братья, мы должны проповедовать на таком языке, который Витфилд называл «рыночным языком», если желаем, чтобы наши проповеди слушали люди из всех сословий.

А затем, когда они придут, мы должны проповедовать интересно. Люди не придут к покаянию, если они заснут на собрании.

Лучше уж пусть спят у себя дома на кровати, там спать гораздо удобней. Мы должны держать их ум в бодрствующем и активном состоянии, если желаем по-настоящему принести им пользу. Невозможно подстрелить птицу, если не заставить ее взлететь, надо выгнать ее из зарослей травы, где она спряталась. И потому я уж лучше пущу в ход немного того, что один весьма уважаемый проповедник назвал ужасной и плохой вещью, — то есть, юмора. Да, я лучше разбужу собрание с его помощью, чем обо мне скажут, что я усыпил их своими монотонными речами, а потом и сам уснул вместе с ними. Иной раз будет вполне хорошо, если о нас скажут, как говорили когда-то о Роланде Хилле: «Что он имеет в виду? Ведь он своими проповедями заставляет людей смеяться».

«Да, — последовал мудрый ответ, — но разве вы не видите, что он сразу же после этого заставляет их плакать?» Да, это была хорошая, прекрасно выполненная работа. Я иной раз щекочу устрицу, чтобы она раскрыла ракушку, а потом вонзаю в нее нож.

Она не раскрылась бы, если бы я начал орудовать ножом, но зато раскрылась под другим воздействием. Именно так надо обращаться с людьми. Их надо каким-то образом заставить раскрыть свои глаза, уши и душу; а когда они раскроются, вы почувствуете тот момент, когда надо действовать ножом. Ведь есть же уязвимое место у грешников, приходящих послушать вашу проповедь, как в складках кожи носорога. Однако имейте в виду, что если вы намерены сделать выстрел по этому слабому месту, то надо выпустить пулю, состоящую из евангельской вести, потому что ничто другое не сможет выполнить необходимую работу по спасению души.

Более того, люди должны быть заинтересованы в такой степени, чтобы они могли запомнить то, что вы говорите. Они не запомнят ничего из слышанного, если предмет не заинтересует их.

Они забудут наши прекрасные вступления, они не смогут вспомнить наши цитаты из поэзии, — хотя я не уверен, что эти цитаты принесли бы пользу, если бы их вспомнили, — но мы должны сказать нашим слушателям нечто такое, что они никогда не смогли бы забыть. Кажется, преподобный Тейлор назвал это «силой удивления проповеди», то есть, это нечто такое, чего слушающие не ожидали. Именно тогда, когда они по предыдущим проповедям знают, что вы обязательно выскажете что-то точно и метко, сообщите что-то удивительное и загадочное, вы можете завязывать евангельский узелок там, где он вероятнее всего останется навсегда. Я помню, как однажды читал рассказ о портном, который нажил себе богатство и пообещал своим братьям-портным рассказать секрет того, как он это сделал. Вот они собрались возле его смертного одра и стали внимательно слушать, Он сказал им: «Я поведаю вам секрет того, как портные могут разбогатеть. Это делается так: всегда завязывайте узелок на вашей нитке». Этот же совет я даю и вам, проповедникам: всегда завязывайте узелок на вашей нитке. Если на нитке будет узелок, она не выскользнет из ткани. Некоторые проповедники совершенно правильно вставляют нитку в иголку, но на их нитке нет узелка, и в результате получается так, что они ничего не сделали. Завязывайте побольше узелков на ваших проповедях, братья, чтобы было больше вероятности, что они останутся в памяти ваших слушателей. Вы же не желаете, чтобы ваши проповеди были похожи на швы, сделанные некоторыми швейными машинами, где стоит только разорвать один стежок, и вся работа пропадет. В проповеди должно быть множество «репейников», и я даю вам гарантию, что кто-то найдет такой «репейник», впившийся в одежду, даже когда придет к себе домой. Разбрасывайте же такие «репейники» среди людей; говорите что-то такое, что поражает их воображение, что-то такое, что прилипнет к ним на многие дни, и тогда они получат от этого благословение. Я уверен, что та проповедь, к которой благоволит Господь, может послужить средством обращения, если в ней есть что-то особенное, интересное для слушателей, равно как и прямо направленное к спасению их душ.

Третье, чем отличаются проповеди, предназначенные для приведения душ ко Христу, это то, что они должны быть поучительными. Если через проповедь должны спастись души, то эта проповедь должна дать, по крайней мере, хоть сколько-нибудь познания истины. В проповеди должен быть не только огонь, но также и свет. Некоторые проповедники говорят исключительно со светом, но без огня, другие же — только с огнем, но без света; а нам нужно и то, и другое. Я не осуждаю тех братьев, которые говорят пылко и бурно, но я бы им пожелал, чтобы они имели больше осведомленности насчет того, о чем говорят. По-моему, было бы хорошо, если бы они не торопились говорить о том, чего сами не вполне понимают. Конечно, это прекрасно стоять на улице и выкрикивать: «Веруйте! Веруйте! Веруйте! Веруйте! Веруйте!» Но, моя дорогая душа, во что же мне надо веровать? Что значит весь этот шум? Подобного рода проповедники похожи на маленького мальчика, который громко плакал, и когда что-то неожиданно заставило его остановиться и замолчать, он спросил у матери: «Мама, скажи мне, пожалуйста, о чем это я плачу?» Нет сомнения в том, что проявление эмоций на кафедре бывает очень кстати, а выражение наших чувств, пафоса, порывов сердца хорошо и великолепно, если оно на правильном месте. Но будьте так добры, используйте также немного и ваши мозги, скажите людям что-нибудь существенное, когда вы выходите на кафедру проповедовать вечное Евангелие.

Те проповеди, которые вероятнее всего приведут слушателей ко Христу, должны быть переполнены истиной. Я имею в виду истину о грехопадении и о Законе, о человеческой природе и о ее отчужденности от Бога, о Святом Духе и об Отце Вечности, о новом рождении и о послушании Богу, о том, как научиться послушанию, а также и обо всех остальных подобных истинах. Говорите вашим слушателям что-нибудь существенное, дорогие братья, всякий раз, когда вы проповедуете! Скажите им что-нибудь существенное, скажите им что-нибудь существенное!

Конечно, может получиться что-то хорошее даже и тогда, когда ваши слушатели вас не понимают. Я смею так полагать потому, что так случилось с одной уважаемой леди, которая говорила речь на собрании квакеров. Она была очень благородной женщиной, и поскольку обращалась к англичанам на датском языке, то попросила одного из братьев переводить для нее. Но слушатели заявили, что в ее речи было столько присутствия духа и силы, что, хотя она и говорила на датском, они не нуждались в переводе, ибо и так получили всю возможную пользу. Правда, эти слушатели были квакерами, а это люди совершенно другого склада, чем я, потому что мне все равно, какой хорошей и милой была эта женщина, я бы лучше хотел знать, о чем она говорила. И я уверен, что не получил бы никакой, даже малой пользы, если бы не было перевода на английский. Точно так же мне нравится, когда проповедники знают, о чем они говорят, и уверены, что в их речи есть что-то заслуживающее внимания. Так старайтесь же, милые братья, дать вашим слушателям нечто большее, чем вереница трогательных примеров, которыми вы заставляете их плакать. Скажите людям что-нибудь существенное! Вы должны учить их, вы должны проповедовать Евангелие своим слушателям так, чтобы по возможности заставить их понимать его смысл, вы должны проповедовать то, что служит к их миру. Мы не можем надеяться, что люди будут спасены через наши проповеди, если не научим их серьезным истинам.

Четвертое, о чем я хотел бы сказать, это то, что те люди которые, возможно, будут спасены через нашу проповедь, должны получить впечатление от того, что слышат. Проповедь должна быть не только интересной и поучительной, но и впечатляющей; и я уверен, дорогие друзья, что те проповеди, которые впечатляют, содержат в себе гораздо больше чем кое-кто предполагает.

Но помните: для того, чтобы Слово Божие могло произвести впечатление на слушающих, оно должно прежде произвести впечатление на вас самих. Вы сами должны испытать это на себе, и говорить, как тот, кто испытал это, притом не так, как будто вы это испытали, но потому что вы это испытали, иначе вы не заставите других пережить те же впечатления. Я удивляюсь, как вообще может быть, что иногда люди выходят за кафедру и читают собравшимся проповедь не свою, а кого-то другого. Мы читаем в Библии об одной вещи, которую позаимствовали, но потом с нее слетела голова; и я боюсь, что то же самое часто случается с заимствованными проповедями — с них слетают головы. Могу поручиться, что проповедники, которые читают заимствованные проповеди, не имеют никакого понятия о наших переживаниях в подготовке к проповеди и о радости проповедования с помощью всего лишь краткого конспекта. Один мой хороший друг, который любил читать свои проповеди с листа, как-то заговорил со мной на эту тему. Я сказал ему, как вся моя душа волнуется и все мое сердце беспокоится, когда я только думаю о том, что буду говорить своим людям, и потом, позже, когда уже говорю проповедь; но он ответил мне, что никогда не испытывает подобных чувств.

Он напоминает мне ту маленькую девочку, у которой болели зубы, и бабушка сказала ей: «Внученька, я удивляюсь, как тебе не стыдно плакать из-за такого пустяка». «Да, бабушка, — отвечала маленькая девочка, — хорошо тебе говорить так, потому что когда у тебя болят зубы, ты можешь их вынуть, потому что они чужие, а я не могу вынуть, потому что у меня свои». Так поступают и некоторые братья, когда выбранная ими проповедь звучит не слишком гладко: они идут к своему ящику и выбирают другую.

Но когда у меня проповедь наполнена радостью, а я сам чувствую тяжесть и грусть на душе, тогда я вижу себя в крайне жалком положении. Или когда я хочу умолять и убеждать людей, чтобы они поверили, а мой собственный дух уныл и холоден, тогда я чувствую себя самым несчастным человеком. Мои зубы болят, и я не могу их вытащить, потому что это мои собственные зубы; точно так же я проповедую мои собственные проповеди, и потому переживаю немало беспокойства, как при их подготовке, так и при их произношении.

Я хорошо помню, как мой почтенный дедушка ответил на мой вопрос. Я сказал ему: «Я не могу проповедовать, если не чувствую себя буквально больным, и у меня появляется такое чувство, как будто мне надо переплыть пролив Ла-Манш». И я спросил дорогого старика, смогу ли я, по его мнению, когда-нибудь избавиться от этого чувства. Его ответ был таким: «Если ты от него избавишься, то твои проповеди потеряют всю свою силу». Поэтому, мои братья, когда с вами случается, что не столько вы овладели предметом проповеди, сколько предмет проповеди овладел вами, когда вы чувствуете, что захвачены им с непреодолимой силой, тогда ваша проповедь относится как раз к тому сорту, который вероятнее всего заставит и других прочувствовать те же переживания. Если вы сами находитесь под впечатлением вашей темы, вы можете рассчитывать на то, что ваша проповедь произведет впечатление и на других. Поэтому позаботьтесь, чтобы в вашей проповеди было что-то такое, что производило бы впечатление, как на вас, так и на тех, кто слушает вашу проповедь.

Далее, я полагаю, что и сама манера произнесения проповеди должна быть впечатляющей. У некоторых проповедников манера произношения речи очень плохая. Если она плохая и у вас, мои братья, то всеми силами постарайтесь это исправить. Один молодой человек пожелал учиться петь, но учитель сказал ему: «В вашем голосе всего лишь одна нота, да и та выходит из ряда вон».

Точно так у некоторых служителей голос звучит на одной ноте, и в этой ноте нет никакой музыки. Пожалуйста, приложите все ваши силы, чтобы ваш ораторский стиль мог послужить той великой цели, которая перед вами стоит. Например, проповедуйте так, как если бы вы стояли перед судьей и упрашивали его о даровании жизни вашему другу или как если бы вы ходатайствовали перед самой королевой о дорогом для вас человеке. Употребляйте в обращении к грешникам такой тон прошения, как будто в вашей комнате стоит виселица, и вас повесят на ней, если вы не сможете убедить того, кто имеет власть освободить вас. Именно такой сорт убедительной речи вам нужен для того, чтобы умолять грешников, как полагается посланнику Божьему. Приложите усилия и сделайте каждую свою проповедь такой, чтобы и самые легкомысленные могли убедиться, что если слушать вашу проповедь для них является развлечением, то для вас не представляет развлечения обращаться к ним с речью, и вы говорите с ними о вечных ценностях совершенно серьезно. Часто во время проповеди я чувствовал нечто подобное тому, как будто нахожусь на поле боя, и уже использовал весь свой арсенал, но затем я как бы зарядил сам себя в большую евангельскую пушку, и выстрелил самим собой в слушателей — выпалил всю пережитую на личном опыте Божью доброту, все свое сознание греховности, все свое ощущение силы Евангелия. Есть люди, на которых не действует ничто другое, кроме подобных проповедей, поскольку они видят, что вы передаете им не только Евангелие, но также и самих себя. Проповедь, которая вероятнее всего сокрушит сердца слушателей, это та проповедь, которая сначала сокрушает сердце проповедника и выходит прямо из сердца проповедника. Поэтому, дорогие братья, всегда стремитесь проповедовать так, чтобы не только произвести на людей впечатление, но чтобы заодно заинтересовать их и наставить в истине.

Пятое, в чем я убежден, это то, что мы должны стремиться убрать из нашей проповеди все, что может отвлечь слушателей от главного предмета, на который мы хотим обратить их внимание.

Лучший в мире стиль проповеди, так же, как и лучший стиль одежды, это тот, которого никто не замечает. Один человек как-то провел вечер в гостях у Анны Мор, и когда вернулся домой, жена спросила его: «Как была одета миссис Мор? Наверное, она была одета очень роскошно». Муж отвечал: «Да, действительно, она была одета… — да, дорогая моя, но как же она была одета? Я совершенно не заметил, как она была одета; мне кажется, в ее одежде не было ничего особенно выдающегося, она сама была предметом интереса». Вот так одевается истинная леди: мы замечаем ее, но не замечаем ее одеяние. Она одета так хорошо, что мы не знаем, как она одета, и вот так же должна быть «одета» наша проповедь. Пусть о вас никогда не говорят, как о некоторых популярных проповедниках: «Он выражался так величественно, он говорил в таких возвышенных тонах.» Никогда не употребляйте в вашей проповеди ничего такого, что может отвлечь внимание слушателей от великого предмета, который вы имеете в виду. Если вы оторвете мысли грешника от главного предмета, то, говоря по-человечески, будет меньше вероятность того, что он получит впечатление, которое вы желали бы произвести и, следовательно, меньше возможность его обращения. Я вспоминаю случай, описанный в книге Ч. Финнея о пробуждении. Он рассказывает, как однажды один человек начал молиться о покаянии, но как раз в этот момент какая-то пожилая женщина прошла к кафедре, с сильным грохотом шаркая деревянными башмаками, и в результате кающаяся душа была потеряна! Я прекрасно понимаю, что имел в виду этот евангелист, хотя мне не нравится то, как у него поставлено само дело евангелизации. Шум, произведенный деревянными башмаками пожилой женщины, отвлек внимание человека от того предмета, о котором он в данный момент размышлял, и вполне возможно, что он не смог вернуться к этим размышлениям. Мы должны обращать внимание на все эти мелочи с таким чувством, словно все дело покаяния зависит от нас, помня в то же время, что только Дух Святой может сделать нашу работу результативной.

Ваша проповедь не должна отвлекать внимание людей тем, что она имеет лишь отдаленное отношение к тексту. Многие слушатели считают, что между проповедью и текстом должна существовать определенная взаимосвязь, и если он начинают спрашивать самих себя: «Как вообще мог служитель прийти к подобным мыслям? Какое отношение его речь имеет к тексту?» — вы перестанете владеть их вниманием. Привычка уходить слишком далеко от текста может быть весьма пагубной для подобного рода людей; поэтому, братья, держитесь избранного вами текста. Если вы не будете придерживаться текста, то будете похожи на того мальчика, который ходил ловить рыбу, и, когда дядя спросил его: «Много ли рыбы ты поймал, Самуил?» — Мальчик отвечал: «Я ловил рыбу три часа, и не поймал ничего, зато истратил много червей».

Я надеюсь, вам никогда не придется говорить: «Я не приобрел ни одной души для Спасителя, зато истратил много прекрасных текстов. Я смешал и перепутал много мест из Писания, но не сделал с их помощью ничего хорошего. Моей заботой не было изучение мыслей Духа Святого, скрытых в тексте, и я не понял их смысл собственным умом, хотя и пытался это сделать». Нет, такая работа никуда не годится; придерживайтесь вашего текста и не будьте похожи на нерадивого работника, которого силой заставляют заниматься своим делом. Старайтесь извлечь из Писаний то, что вложил в них Дух Святой. Пусть ваши слушатели никогда не зададут вопрос: «Какое отношение имеет эта проповедь к тексту?» Если вы заставите их задавать такой вопрос, то вполне возможно, что они никогда не будут спасены.

Я хочу пожелать вам, братья студенты, берите все знания, какие только можете, впитывайте все, что ваши преподаватели способны вложить в вас. Возможно, для этого потребуется все ваше время, но вы должны постараться изучать все, что только можете. Ибо — поверьте мне — недостаток образования может быть помехой делу спасения душ. Вы не представляете себе, какое зло могут причинить ваши ошибки, когда вы пропускаете буквы в словах или ставите ударения, где не нужно. Известны случаи, когда из-за таких ошибок в произношении люди приходили в недовольство, их внимание отвлекалось от истины, и они не могли обратиться к Богу. Одна буква может причинить много зла и стать для многих той «буквой, которая убивает». Все эти грамматические ошибки могут сделать вреда намного больше, чем вы себе представляете. Вы, может быть, думаете, что я говорю о каких-то пустяках, не заслуживающих внимания, но это не пустяки, ибо они могут причинить самые серьезные последствия. А потому, поскольку учиться говорить и писать на своем родном языке правильно — задача совсем нетрудная, старайтесь учиться хорошо, чтобы знать язык как можно лучше.

Возможно, кто-нибудь скажет: «Ну, а я знал такого-то и такого-то преуспевающего брата, и он не был образованным человеком». Да, я согласен; но обратите внимание на то, что времена меняются. Одна молодая женщина говорит другой: «Я не вижу причины, зачем нам, девушкам, преподают так много уроков.

Раньше молодые женщины знали не слишком много, однако все же выходили замуж». «Да, — ответила ее приятельница, — но тогда, знаешь ли, не было и школ; а теперь молодые люди образованы, и мы будем выглядеть очень невыгодно, если останемся малограмотными». Молодой человек может сказать: «Такой-то и такой-то служитель был безграмотным, однако у него все получалось хорошо». Да, но в его дни и люди были безграмотными, поэтому это не играло большой роли. Но теперь, когда все ходят в школу, будет жаль, если люди придут послушать вас, и их внимание будет отвлекаться от серьезных вещей, над которыми вы пожелали бы им задуматься, потому что они просто не могли не заметить изъяны вашего образования. Бог может благословить вас, даже если у вас нет образования; но голос разума говорит нам, что мы не должны позволить, чтобы недостаток образования препятствовал Евангелию производить на людей благословенное воздействие.

Возможно, вы скажете: «Такие люди, должно быть, слишком придирчивы, если обращают внимание на подобные ошибки». Да, но разве придирчивые люди не нуждаются в спасении так же, как и остальные? Я не желал бы, чтобы подобный придирчивый человек справедливо сказал о моей проповеди, что она раздражала его слух и расстраивала внимание, из-за чего он не смог понять ту истину, которую я пытался ему изъяснить. Слышали ли вы историю о том, как Чарльз Диккенс едва не стал спиритистом, и почему он им не стал? Во время спиритического сеанса он попросил вызвать духа Линдлея Марри. Явился некто, и заявил, что он и есть дух Линдлея Марри, и Диккенс спросил: «Вы ли Линдлей Марри?» Последовал ответ: «I are». После такого безграмотного ответа не осталось никакой надежды на обращение Диккенса в спиритисты. Вы можете посмеяться над этой историей, но не забудьте извлечь из нее мораль. Легко понять, что если вы забываете об именительном или винительном падежах существительного или местоимения, или если неправильно употребляете времена глаголов, вы можете отвлечь внимание слушателей от того, что пытаетесь им преподнести, и таким образом не дадите истине проникнуть в их сердце и сознание. Поэтому старайтесь убрать из вашей проповеди все лишнее, что может отвлечь внимание слушателей от главного предмета, о котором вы говорите. Внимание и мысли людей должны быть всецело сосредоточенны на истине, которую мы излагаем, если мы желаем проповедовать так, чтобы пришедшие послушать нас были спасены.

Шестое, о чем я хотел бы сказать, — я считаю, что те проповеди, которые до краев наполнены Христом, скорее всего послужат благословенной цели обращения грешников. Пусть ваши проповеди будут наполнены Христом, пусть в них от начала и до конца Евангелие переливается через край. Что касается меня, братья, то я не могу проповедовать ничто другое, как только Христа и Его крест, ибо я не знаю ничего другого и давно уже решил, как апостол Павел, не знать ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого. Люди часто спрашивают меня: «В чем секрет твоего успеха?» Я всегда отвечаю, что у меня нет никаких секретов, кроме того, что я проповедую Евангелие — не о Евангелии, но само Евангелие — полноценное, данное как дар, славное Евангелие живого Христа, Который является воплощением Благой вести. Проповедуйте, братья, Иисуса Христа всегда и везде; и каждый раз старайтесь, чтобы в вашей проповеди было много Христа. Вспомните историю о том, как старый служитель слушал проповедь молодого человека, и когда тот спросил, каково его мнение о проповеди, служитель долго медлил и, наконец, сказал: «Если хочешь знать мое мнение, то мне твоя проповедь совсем не понравилась; в ней не было Христа». «Но, — отвечал молодой человек, — это потому, что я не нашел Христа в моем тексте». «О, — сказал старый служитель, — неужели ты не знаешь, что в каждом городе, деревне и маленьком селе в Англии есть дорога, ведущая в Лондон?

Поэтому какой бы текст я ни взял, я говорю себе: «Где-то здесь должна быть дорога к Иисусу Христу, и надо проследить эту дорогу, чтобы попасть к Нему». «Хорошо, — сказал молодой человек, — а что делать, если, предположим, ваш текст ничего не говорит о Христе?» «Тогда я перелезу и через забор, и через канаву, но все равно доберусь до Христа». Вот так и мы должны делать, братья, мы должны наполнять Христом все наши проповеди, независимо от того, чем еще они могут быть наполнены. Необходимо, чтобы в каждой проповеди было достаточно Евангелия, чтобы спасти душу. Независимо от того, будете ли вы проповедовать перед Ее Величеством королевой или перед уборщицей, или перед начальником, — позаботьтесь о том, чтобы в каждой вашей проповеди присутствовало истинное Евангелие.

Я слышал об одном молодом человеке, который должен был проповедовать в какой-то церкви и спрашивал: «Что это за церковь? Во что они верят? Какое у них вероучение?» Я скажу вам, как избежать необходимости задавать подобные вопросы: проповедуйте им Иисуса Христа. Если это не подходит к их вероучению, то проповедуйте им Иисуса Христа в следующее воскресенье, а затем повторите то же и в следующее воскресенье, и еще в следующее, и еще в следующее, и не проповедуйте им ничего другого. Для тех, кто не любит Иисуса Христа надо проповедовать о Нем до тех пор, пока они Его не полюбят, ибо такие люди нуждаются в Нем больше всего. Вы знаете, что все торговцы в мире продают свой товар тогда, когда на него есть спрос, но наш товар таков, что создает заодно и спрос, и предложение. Мы проповедуем Иисуса Христа для тех, кто нуждается в Нем, и мы проповедуем до тех пор, пока не заставим людей прочувствовать свою нужду в Нем, и убедить их, что они не могут обойтись без Него.

Седьмое, о чем я хотел сказать вам, братья, это мое твердое убеждение в том, что проповеди, которые наиболее вероятно послужат к обращению людей — это те проповеди, которые обращены к их сердцам, а не просто палят поверх голов или нацелены только на интеллект. Мне не хотелось бы говорить об этом, но я знаю некоторых проповедников, которые просто неспособны добиться хороших результатов. Они прекрасные люди, у них многосторонние способности, они могут хорошо говорить, у них немало остроумия; но так или иначе, для всех, кто с ними знаком, вполне очевидно, что у них совершенно отсутствует сердце. Я знаю одного или двух человек, сухих, как пни. Если повесить их на стенку, как вы обычно вешаете водоросли, чтобы узнать погоду, то они вряд ли покажут вам что-нибудь, так как на них не действует никакая погода.

Но я знаю также некоторых людей, прямо противоположных упомянутым братьям. У них мало шансов приобрести души, потому что они слишком легкомысленны, фривольны и дурашливы, в них нет ничего такого, что свидетельствовало бы об их серьезности. Я не могу найти никаких признаков того, что у них есть душа. Они слишком мелки, чтобы вместить душу, потому что она не сможет существовать в водоеме глубиной в несколько сантиметров, — а именно столько они вмещают. Кажется, что они появились на свет вообще без души, и поэтому от их проповеди Евангелия не выйдет ничего хорошего. Братья, если вы хотите заботиться о душе вашего брата, вы должны сами иметь душу, будьте в этом совершенно уверены. Точно так же, если вы желаете достичь сердца брата, вы сами должны иметь сердце.

А вот еще один сорт людей — это те, которые не могут плакать о грешниках, — будет ли от их служения хоть какая-нибудь польза? Такой проповедник никогда в жизни не плакал о других людях, он никогда не боролся за них перед Богом, никогда не говорил вместе с Иеремией: «О, кто даст голове моей воду и глазам моим — источник слез! Я плакал бы день и ночь о пораженных дщери народа моего». Я знаю одного такого брата. Однажды на собрании служителей, после того, как мы исповедовали свои недостатки, он сказал, что ему было очень стыдно за всех нас. Что ж, без сомнения нам должно было быть стыдно за самих себя еще больше, чем мы это осознавали; но он сказал нам, что если мы действительно серьезно исповедовались перед Богом, то мы опозорили все служение проповедников. Что ж, могло быть и так. Он сказал, что он не такой, как мы; ибо, насколько ему известно, он ни разу не проповедовал без уверенности, что это была лучшая из всех возможных проповедей, и лучшую проповедь просто невозможно было приготовить. Он был тем человеком, который ежедневно занимается самообразованием определенное число часов, молится определенное количество минут, укладывает проповедь в точно установленное время, — фактически, это самый правильный человек из всех, которых я знаю. Когда я услышал его заявление в наш адрес, то спросил себя: «Интересно знать, каков же результат столь безукоризненного служения?» Оказалось, что в его служении не было ничего удовлетворительного. У него был великий дар разгонять людей, ибо, когда он приходил проповедовать в наполненный дом молитвы, этот дом скоро становился пустым. И все же, я думаю, он хороший человек в своем роде. Я бы пожелал ему, чтобы его часы когда-нибудь остановились или пробили не вовремя, или чтобы с ним случилось что-то необычное, потому что от этого он получил бы какую-то пользу.

Но он настолько правильный и порядочный, что все его дела безнадежно бесполезны, и его ошибка в том, что у него нет никаких ошибок. Заметьте, братья, что у тех проповедников, которые не имеют недостатков, нет также и достоинств; а потому постарайтесь не опуститься на эту плоскую, мертвую ступень, и не допускайте ничего такого, что уменьшает возможность обращения для ваших слушателей.

Возвращаясь к мысли о том, что надо иметь сердце, о чем я говорил раньше, я вспоминаю, как однажды спросил молодую девушку, недавно присоединившуюся к нашей церкви: «Есть ли у тебя доброе сердце?» Она ответила: «Да, сэр, есть!» Я спросил: «А разве у тебя нет злого сердца?» «Конечно, есть!» — ответила она.

«Хорошо, — сказал я, — но как согласовать оба твои ответа?» «А вот как, — ответила девушка, — я знаю, что у меня есть доброе сердце, потому что Бог дал мне новое сердце и праведный дух. Но я также знаю, что у меня есть злое сердце, потому что я часто чувствую, как оно борется с моим новым сердцем». Она была права.

Я тоже скорее соглашусь, что у служителя может быть два сердца, чем не будет вообще ни одного. Если вы, братья, желаете приобрести много душ, то в этой работе сердце должно участвовать намного больше, чем голова. Занимаясь всеми богословскими науками, берегитесь, чтобы ваша духовная жизнь не стала сухой.

Нет никакой нужды доводить себя до этого, хотя на многих обучение производит именно такое воздействие. Мои дорогие братья, преподаватели могут подтвердить мои слова о том, что изучение латинского, греческого и еврейского производит весьма иссушающее воздействие. Справедливо звучат строки: «Еврейские корни, как многим известно, Процветают лучше всего на сухой земле».

Очень сушит душу также классика, математика, и вы можете быть поглощены любой наукой настолько, что ваше сердце увянет. Не допускайте, чтобы с вами это случилось, иначе люди скажут о вас: «Он теперь знает намного больше, чем когда пришел к нам впервые, но у него не так много духовности, как было тогда».

Смотрите, чтобы с вами этого не произошло. Не удовлетворяйте себя одним лишь полированием решетки на камине вашего сердца, но воспламеняйте в нем огонь, и пусть вся ваша душа горит любовью ко Христу, иначе вряд ли Бог сможет вас употребить в полную силу для спасения человеческих душ.

И, наконец, братья, я думаю, что те проповеди, о которых вы много молились, лучше всего послужат к обращению людей. Я имею в виду те проповеди, о которых вы много и по -настоящему молились как во время подготовки, так и во время произнесения, ибо есть много так называемых молитв, которые можно назвать всего лишь игрой в молитву.

Однажды мы ехали верхом на лошадях с одним человеком, который утверждал, что придумал чудесное целительное средство из соков какого-то дерева. После того, как он рассказал мне об этом чудесном средстве, я спросил его: «Что же именно в этом средстве производит целебное воздействие, о котором вы говорите?» «О, — отвечал он, — весь секрет целительных свойств заключается в моем способе приготовления, причем гораздо больше, чем в самом веществе. Я растираю вещество очень интенсивно и притом довольно продолжительное время, и, кроме того, во мне есть так много жизненной энергии, что я передаю в лекарство саму свою жизнь».

Да, конечно, он был всего лишь шарлатаном, но из его рассказа мы можем извлечь урок. Ибо способ приготовления проповеди заключается в том, чтобы в горячей молитве наделить их жизненной энергией, влить в них свою собственную жизнь и жизнь Самого Бога. Разница между проповедью, приготовленной с молитвой и без нее, похожа на ветхозаветного первосвященника до и после помазания его елеем. Вы должны помазывать ваши проповеди, братья, и вы не сможете сделать это никаким иным способом, кроме продолжительного личного общения с Богом. Пусть же Святой Дух помажет каждого из вас и обильно благословит в приобретении душ во имя Господа Иисуса Христа! Аминь.

Реклама

Добавить комментарий

RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Создайте бесплатный сайт или блог на WordPress.com.
Entries и - комментарии feeds.

%d такие блоггеры, как: